— Не знаю. По-разному. Иногда и года хватает, чтобы о смуте забыли, а иной раз — и десяти лет мало!
Получившийся раствор я отфильтровал через сложенную в несколько раз шерстяную ткань, а затем начал осаждать гидроксиды алюминия и железа, действуя на раствор поташом. Вокруг тут же возникло кольцо из любопытных лиц. Ну не могут они пока ещё равнодушно смотреть, как «пузырики» шипят[10]. И то, что в этот раз там шипела буроватая непрозрачная смесь не испортило им удовольствия.
Дождавшись, когда осадок осел, я немного, как говорили ученики «впал в когнитивный диссонанс». А попросту говоря, понял, что ничего не понимаю. Я увидел ровный и бурый осадок ржавчины. Гидроксида железа. А где же соединение алюминия, ради которого я всё и затеял?
За неимением шпателя я аккуратно ковырнул осадок лезвием ножа. Уф-ф-ф! Можно облегченно выдохнуть. Под тонким слоем ржавчины лежал беленький гидроксид алюминия. Странно, конечно, у него произведение растворимости на пять порядков меньше, железо должно первым в осадок выделяться[11]… Я подумал и предположил, что так и было. Но осадок ржавчины в этих условиях оказался мельче и потому оседал дольше.
Отделил осадок от раствора и начал, помешивая и нагревая, добавлять едкий натр. Когда остался только бурый осадок, прекратил процесс[12].
Уф-ф-ф! Нужный мне раствор получен.
— Парни, перерыв! Осталась простая, но самая ответственная часть. Будете смотреть, пояснения потом.
День выдался длинный и беспокойный. Но я успел упарить раствор алюмината натрия до состояния, похожего на густой сироп, после чего начал размазывать его по стенкам чего-то, похожего на пиалу, в которой и вёлся нагрев. Когда соединение окончательно загустело, усилил нагрев примерно до 900 градусов. Уже стемнело, когда пришли домой, аккуратно неся пиалу с ещё горячим содержимым.
— Это соединение называется алюминат натрия. Он выдержит там, где плавятся и сталь, и чистое железо. Если удастся отделить его от чаши, так, чтобы не треснула новая чаша, мы получим огнеупорный тигель.
— Так что ж ты?.. — вскинулись одновременно Кирпич и мой брат, но осеклись.
— Огнеупор должен служить долго. А эта чашка боится даже воды и разъедается шлаком, которого в чугуне полно. Я знаю от предков способ поднять её стойкость, но, боюсь, она всё равно выйдет одноразовой.
Утром вернулись дед с Гайком. Старейшины и главы родов долго судили-рядили, но пришли к тем же выводам, что и я. Потом они поинтересовались, сколько времени у меня ещё уйдёт на эксперимент. Узнав, что потребуется неделя, а то и полторы, обрадовались, но пояснять ничего не стали, лишь велели не затягивать.
Да какой тут «затягивать»? Я спешил изо всех сил. Выбрали место под навесом и стали его оборудовать. Разумеется, баллонов ни под ацетилен, ни под кислород у меня не было. Не было и кислорода, пришлось ограничиться воздухом и мехами. Источником ацетилена стал аппарат Киппа[13], собранный, в основном из керамических частей. Правда, этот вариант был высотой около метра и напоминал, скорее, водолазный колокол, который погружался в другой кувшин. А дальше должен был работать закон сообщающихся сосудов. Высота водного столба и определяла рабочее давление в приборе. Добавляя или убавляя рабочую жидкость (уксус для мела и воду — для карбида кальция), я мог регулировать напор газа от нулевого до примерно 0,7 метра водного столба (или 0,07 атмосферы). Для ацетиленовой горелки — вполне нормально.
При помощи Гайка удалось уговорить наших гончаров изготовить саму горелку, но у меня оставалось ещё две проблемы: «Как определить высоту водного столба в непрозрачном сосуде из керамики?» и «Из чего сделать шланги?».
Шланги пришлось делать очень короткими, резины-то не было, а сшитые из кожи внушали сомнения, несмотря на то, что шов сшили суровыми нитками и тщательно просмолили. Ну да ничего, я всё равно планировал провести предварительные испытания не со взрывчатым ацетиленом, а с относительно безопасным углекислым газом.
Три попытки создать измеритель уровня провалились, но в конце концов задачу удалось решить при помощи простой раскрашенной камышинки, прикрепленной к поплавку. Она торчала из вертикальной глиняной трубки и была откалибрована разноцветными полосами по ⅕ локтя. «Белый-серый-жёлтый-черный-красный» и потом снова в том же порядке. По дециметру примерно каждая полоска, а всего их было десять. Теоретически я мог достаточно точно измерять давление в пределах до 0,1 атмосферы.
Оставались испытания…
Примечания и сноски к главе 12:
[1] Виген означает «сильный».
[2] Жирайр означает бойкий мужчина.
[3] Персидский локоть (назывался иначе) примерно равен 0,5 метра.
[4] Михра́н (Мифрен, Митрен; арм. Միհրան, греч. Mιθρένης или Mιθρίνης) — сын царя Ерванда II, македонский сатрап Армении в 331—321 годы до н.э.
[5] Битва на реке Гра́ник (334 год до н.э.) — сражение между македонской армией Александра Великого и войском персидских сатрапов на реке Граник в Малой Азии.
