– Вам нравится наш английский чай, ваше высочество? – спросила Оливия. – Правда, я думаю, он не вполне английский. Но мы сделали из него свою собственность.
– Я нахожу, что это очень приятный обычай, – ответил принц.
– Вам налить молока?
– Пожалуйста.
– Сахар?
– Да.
Она готовила ему чай и говорила, одновременно размешивая сахар.
– Сэр Гарри недавно сказал мне, что именно чая ему больше всего не хватало во время военной службы.
– Правда? – поинтересовался принц Алексей.
Гарри не был уверен, к нему ли обращается принц, но все же решил ответить:
– По ночам я часто чувствовал, что могу убить за глоток горячего чая.
– Я думаю, что по ночам вы часто убивали и без этого, – ответил принц.
Гарри посмотрел на него прохладным взглядом.
– В разное время мне приходилось сражаться саблей, штыком и винтовкой. Я часто убивал.
Принц ответил похожим взглядом.
– Звучит так, будто это доставляло вам удовольствие.
– Никогда, – вежливо ответил Гарри.
Принц слегка улыбнулся половинкой рта.
– Иногда зло необходимо, чтобы позволить добру расцвести,
Гарри кивнул в знак согласия.
Принц отпил глоток чая, хотя Гарри еще не принесли чашку.
– Вы фехтуете, сэр Гарри?
– Весьма посредственно, – Гарри не соврал. У них в Хесслуайт не было хорошего учителя. В результате Гарри владел клинком как солдат, а не как спортсмен. В спарринге он был весьма слаб, но умел убивать.
– Вот и еще чашка, – возвестила Оливия, взяв прибор у только что вошедшей служанки. – Сэр Гарри, вы пьете без сахара, правда?
– Вы не забыли, – пробормотал он.
Она улыбнулась ему счастливой и серьезной улыбкой, омывшей его, как порыв теплого ветра. Он почувствовал, что улыбается в ответ, неожиданно и непритворно. Они посмотрели друг другу в глаза и на мгновение оказались одни в целом свете.
Но потом она отвернулась, бормоча что–то про чай. Она занялась его чашкой, а он обнаружил, что заворожен ее руками, прекрасными, изящными, но почему–то совершенно не грациозными. Ему это нравилось. У каждой богини должны быть недостатки.
Она снова подняла глаза и заметила, что он за ней наблюдает. Она снова улыбнулась, и он, конечно же, улыбнулся ей в ответ и…
И тут этот чертов принц не нашел ничего лучшего, чем открыть свой рот.
_____________________________
(1) Антиох Дмитриевич Кантемир (
— сын молдавского господаря, знаменитый русский
– Владимир! – Неожиданно рявкнул принц, сократив список Оливии на один пункт.
Владимир тут же пересек комнату и подошел к принцу Алексею, который произнес по–русски нечто, явно напоминавшее приказ. Владимир согласно хрюкнул и в свою очередь разразился потоком непонятных слов.
Оливия взглянула на Гарри. Он хмурился. Она подумала, что и сама, наверное, делает то же самое.
Владимир издал еще один хрюкающий звук и вернулся в свой угол, а Гарри, наблюдавший за их беседой, поглядел на принца и произнес:
– Он очень удобен.
Принц Алексей одарил его скучающим взглядом.
– Не понимаю, что вы имеете в виду.
– Он приходит, уходит и вообще делает все, что вы говорите…
– Он для этого и нужен.
– Ну, конечно, – Гарри слегка наклонил голову в сторону. Пожатие плечами без участия плеч, вот как это выглядело, только безразличнее. – Я и не говорил, что это не так.
– Лицам королевской крови необходимо путешествовать со слугами.
– Полностью с вами согласен, – ответил Гарри, но его согласный тон, похоже, только еще больше уязвил принца.
– Вот ваш чай, – вмешалась Оливия, протягивая Гарри чашку. Он взял ее, кивком поблагодарил хозяйку и отпил первый глоток.
– Я пью чай так же, как сэр Гарри, – сказала Оливия, ни к кому конкретно не обращаясь. – Раньше я пила его с сахаром, но он мне неожиданно разонравился.
Гарри взглянул на нее с любопытством. Оливия ничуть не удивилась, она уже не помнила, когда ей в последний раз приходилось вести столь скучную беседу. Но он, без сомнения, понимает, что выбора у нее нет.
Она глубоко вдохнула, раздумывая, как лавировать между возможными подводными камнями беседы. Мужчины ненавидели друг друга, это совершенно ясно, но ей и ранее случалось оказываться в комнате с ненавидевшими друг друга людьми. Правда это никогда не ощущалось так явственно.
И хоть ей было бы чрезвычайно приятно думать, что виной всему ревность, она невольно чувствовала, что за этим стоит что–то еще.
– Я сегодня еще не выходила из дому, – произнесла она, поскольку погода всегда являлась надежной темой для беседы. – Там тепло?
– Мне кажется, пойдет дождь, – ответил принц.
– О, для вас это и есть Англия, не так ли? Если дождь не идет, значит, он льет как из ведра. А если не льет, то…
