— Как, обратно в город? — удивился старший Чейни.
— Именно это я и сказал.
Лицо главы клана покрылось потом.
— Друг мой, — заговорил он проникновенным тоном, — вы совсем не понимаете, что при том положении, которое я занимаю в обществе, мне, человеку, всю жизнь посвятившему честному предпринимательству, и вдруг… Нет, мистер Литтон, я все же считаю, что вы должны учесть…
— По правде сказать, мистер Чейни, — перебил его Барри, — я не знаю, чем могу вам помочь. К тому же очень сомневаюсь, что вы всю свою жизнь были честным и благородным!
— Тогда, молодой человек, делаю вам новое предложение. Даю вам десять тысяч. Этой суммой вы сможете обеспечить себе безоблачное будущее. Без нужды и забот!
— Десять тысяч — деньги огромные, — согласился Литтон, — но мне они не нужны.
— Что ж, придется повысить ставку, — не сдавался Судья. — Я ее удваиваю. Видимо, недооценил ваши потребности. Теперь понимаю, что вы птица высокого полета. Итак, плачу вам, мистер Литтон, двадцать тысяч. Развяжите мне руки, я выпишу вам новый чек. И знайте, любой банк в округе вам его обналичит!
Барри улыбнулся.
— Мой внутренний голос подсказывает, что соглашаться на двадцать тысяч не следует, — заявил он. — Я вполне удовлетворен тем чеком, который вы уже выписали. А почему, узнаете позже.
— Я вас совсем не понимаю. Могу я надеяться, что вы хоть немного проясните…
— Вы помните Рыжего Пита? — резко оборвал Судью Литтон.
— А, тот несчастный молодой человек! — воскликнул Чейни.
— Он был моим другом, — с болью в сердце произнес юноша. — Может, это заставит вас больше не говорить о деньгах?
Судья пошевелил губами, но ничего не ответил.
— Слишком долго кланы Чейни и Морганов правили бал в Холи-Крике. Теперь вам всем придется испытать на себе силу закона. А закон, Судья, не сладкая штука. Ну-ка, все наверх! — приказал Барри и под дулами револьверов вывел трех пленников из подземелья.
Уже стояла глубокая ночь, и все вокруг было залито серебряным светом луны.
Виллоу привел из укрытия своего мула и пятнистую кобылу Барри. Затем сбегал в подвал и вывел оттуда быка. Барри и Том усадили пленников в седла и крепко связали им ноги под брюхами лошадей.
Вскоре караван во главе с Литтоном направился обратно в Холи-Крик.
Жители селений, в которых занимаются скотоводством, просыпаются рано, так что когда с первыми лучами солнца конопатый мальчишка верхом на мустанге помчался по улицам Холи-Крика, там уже закипала деловая жизнь.
— Скорее! Выходите! Барри Литтон сейчас устроит новое смешное представление! Эй, люди, Литтон вот-вот снова появится в нашем городе! — надрывно кричал парнишка на скаку.
Его высокий, пронзительный голос мог разбудить даже мертвого. Те немногие, кто еще лежали в постелях, сонно протирали глаза, спешно одевались, хватали спящих детей и выбегали с ними на улицу.
Юнцом, поднявшим на ноги Холи-Крик, конечно же был Джимми Риберн. Всю прошедшую ночь он не спал. Да мог ли мальчишка уснуть, если вдруг обнаружил, что Синий Барри, его приятель Виллоу и бык куда-то исчезли? Еще до первых петухов Джимми оседлал лошадь и, неистово стегая ее плеткой, словно молодой индеец, помчался из города. Вскоре вдали на дороге он увидел кавалькаду всадников, а приглядевшись, распознал их лица. Тогда пацаненок развернул мустанга и понесся обратно в город. Ему не терпелось как можно быстрее передать эту новость другим.
Процессия во главе с Литтоном въехала в Холи-Крик, когда уже все его население высыпало на улицы. Джимми, не долго думая, подскочил к дому шерифа и истошным воплем поднял его с постели. Разбуженный Дик Вилсон натянул сапоги, схватил шляпу и выскочил на крыльцо.
— На этот раз Барри Литтон захватил нескольких человек из клана Чейни. Во главе с Судьей, и наверняка с поличным. Теперь бык снова в городе! — радостно прокричал ему Джимми.
Шериф молча прошел на конюшню, оседлал свою лучшую лошадь и прямиком направился к зданию тюрьмы.
На улицах в радостном ожидании толпились люди — у них появился кумир, заслуживающий восхищения. Сначала он хорошенько проучил Джерри Дикона, сбил вывески с домов Моргана и Чейни, забрал себе быка, служившего яблоком раздора, засадил троих из клана Моргана за решетку, а теперь захватил еще и людей Чейни! И все это проделал менее чем за сутки. Ну разве такой лихой парень не герой?
А тем временем кумир жителей Холи-Крика уже ехал по улицам с тремя новыми пленниками, одним из которых был сам глава клана Чейни. Выглядел Судья весьма жалко — его заложенные за спину руки были связаны, ноги стягивала веревка, проходившая под животом лошади.
Тем не менее голову он держал прямо и, чтобы не видеть насмешливых лиц горожан, глядел прямо перед собой. Чувствовалось, что Судья буквально кипит от ярости. Да, надо сказать, что все называли его Судьей вовсе не потому, что этот человек вершил правосудие, просто надо же было дать ему какое-нибудь громкое прозвище, соответствующее его высокому положению в округе.
И вот Чейни предстал перед всеми в жутко неприглядном виде!
