Когда они проходили по территории лагеря, Крушилу била дрожь. Он дрожал не потому, что его пугали привычки местных лерров, не потому, что перед его взором встало видение Каменистого Склона, и не потому, что боялся смертельной схватки с Лордом-Чародеем. Его ввергло в ужас само это место. Воздух здесь был холодным и каким-то мертвым. Местные лерры не просто не тревожили тут гостей — они вообще сюда не проникали. Здание и прилегающий к нему двор были заказаны и для всех других духов, способных потревожить сон путников. В результате вся территория стала безжизненной и застывшей. Земля под ногами была страшно твердой, на ней не произрастало ни единой былинки. Воздух казался застойным, а полдюжины крошечных бунгало выглядели серыми и унылыми. Крушила не заметил ни единого яркого пятна, ни единого огонька. Ему никогда еще не доводилось бывать в таких безжизненных местах, и ощущения, которые он теперь испытывал, ему категорически не нравились. А если быть точным, ему не нравилось
— Интересно, может ли нас здесь слушать Лорд-Чародей? — спросил Лучник.
— Не исключено, — ответил Крушила, отгоняя от себя мрачные мысли. — Ведь насколько я знаю, любая магическая сила от места не зависит.
— Это так. Но он осуществляет свои замыслы через лерров, как любой жрец или маг — а здесь лерров нет.
— Лерры здесь есть, — поправил его Ведун. — Те лерры, которых мы привели с собой — лерры, привязанные к нам талисманами Избранных. И Лорд-Чародей так же способен заслать сюда своих лерров.
— Правда, мы сможем их заметить без особого труда, — добавила Ясновидица. — Ведь никаких других духов, чтобы спутать нам карты, здесь не будет.
— Я пока не ощущаю их присутствия, — сказал Лучник.
— А я почти ничего не слышу, — добавила Говорунья, оглядываясь по сторонам. Такого спокойного лица Крушила у нее еще не видел. — Здесь так тихо! Земля молчит, растения ничего не говорят…
— Это мертвое место, — проговорила Ясновидица.
— Да, мне здесь нравится, — кивнула Говорунья. — У меня дома есть запечатанное помещение, но оно слишком маленькое, и туда все же, пусть и негромко, проникают голоса внешнего мира. А здесь так тихо! Я заходила сюда и раньше, но очень ненадолго. С тех пор я успела забыть, насколько тут приятно.
— Приятно? По-моему, тут… ужасно, — сказала Ясновидица, протягивая руку к двери первого бунгало.
— Да, это место кажется мне по меньшей мере странным, — согласился Крушила, направляясь к следующей хижине.
— А меня это нисколько не колышет, — заявил Лучник и добавил: — Может, нам все-таки стоит потолковать о наших делах?
— О делах? — переспросил Ведун, остановившись между Крушилой и Лучником. — Разве у нас есть какие-нибудь дела, которые стоит обсудить?
— А разве нет? — удивился Лучник. — Я то думал, вы хотите убить Лорда-Чародея, и этот вопрос заслуживает дискуссии.
— Лорд-Чародей должен умереть, — решительно заявила Ясновидица. — Он уничтожил целую деревню. Но мы не будем ничего предпринимать, пока не соберутся все Избранные. Сейчас с нами нет Заправилы, Красавицы и Воровки, и обсуждать нам решительно нечего.
— А зачем нам все восемь? — саркастически поинтересовался Лучник. — Нас, если я умею считать, пятеро, и мы уже можем решить вопрос большинством голосов. В том случае, если имеем общее мнение.
— Нам по меньшей мере нужен Вожак, — сказал Ведун. — Ведь он по определению должен возглавлять Избранных.
— Все восемь должны выразить свое согласие.
— Позволь спросить — почему? — стоял на своем Лучник.
— Старый Воин никогда не говорил мне о том, что требуется полное единогласие, — поддержал его Крушила.
— Если мы начнем действовать впятером, Лорд-Чародей сможет нас убить, сохранив значительную часть своих магических сил, — пояснила Ясновидица.
— Неужели? — ухмыльнулся Лучник.
— Не могу утверждать с полной уверенностью, — вмешался Ведун, — поскольку мне неизвестны какие-либо прецеденты в связи с нашей проблемой. Все Темные Лорды, которым удалось убить хотя бы одного из Избранных, почти сразу отстранялись от власти. Если он нас убьет, то другие Избранные и Совет Бессмертных, несомненно, пожелают его устранить, и сколь бы могущественным ни был Лорд-Чародей, я не вижу, каким образом он сможет совладать со всем Советом, особенно в свете того, что Лорд сохранит лишь три восьмых своего магического могущества.
— Но мы все согласны в том, что он должен умереть, не так ли? Или я, по-твоему, опять ошибаюсь?
— Полагаю, Молодой Воин рассказал тебе о Каменистом Склоне? — спросила Ясновидица.
— Да, рассказал, но дело не только в этом. Вот уже многие годы мне не терпится разделаться с Лордом-Чародеем исходя из общих принципов. Я стал самым лучшим в мире лучником не для того, чтобы выигрывать разного рода пари, а для того, чтобы убивать Темных Лордов.
