– О чем, Вилли? О том, как я сам проводил Марианну в замок, который уже был занят Лончемом? О том, как, узнав об этом вечером следующего дня, бросился во Фледстан и наткнулся на пьяного Гая, который с удовольствием рассказал мне, как обошлись с Марианной, а после вручил мне ее – истерзанную до полусмерти? О том, как она пыталась утопиться в омуте Ведьм?
– Она пыталась… – не поверив, переспросил Вилл и, не договорив, одним глотком осушил весь кубок. – Выбраться из омута Ведьм! Она хорошо плавает!
– Это я хорошо плаваю, – ответил Робин и допил свой кубок. – Она переплавила себя в перенесенных страданиях. Если бы хоть раз в ее глазах появились слезы, мне было бы проще вернуть ее к жизни. Но слез не было. Я сам предложил ей найти то, что заставило бы ее жить. И она нашла. Оружие и войну. Если только это могло возродить ее, что мне оставалось, кроме того как быть рядом, учить, помогать и оберегать?
Вилл глубоко вздохнул и покивал головой:
– Как раз это я понял, только не мог понять, почему ты занят тем, что должен был делать ее возлюбленный. Но теперь все совпало. Робин, я тоже должен тебе сказать: она плакала. Вернее, рыдала, и с такой силой, что я испугался за нее.
И теперь Вилл рассказал Робину, что и когда стало причиной слез той, о ком они говорили.
– Если бы я знал тогда то, что знаю сейчас, никогда бы так не поступил с ней! – тихо закончил он.
Они посмотрели друг другу в глаза, и Вилл сказал:
– Между нами нет спора, Робин. Она – твоя. У меня есть к тебе только одна просьба: отошли ее сегодня из лагеря или увези сам. Это все.
Он протянул Робину руку, и тот крепко пожал ее. Наблюдавший все это время за ними Джон облегченно вздохнул. Услышав его вздох, Вилл обернулся к Джону и угрожающе сверкнул глазами. Джон в ответ лишь виновато пожал могучими плечами.
К Робину подошла Мартина и взяла его за руку.
– Робин, пройди со мной круг в танце, – попросила она, нежно глядя на лорда Шервуда.
Едва заметив Мартину возле брата, Клэренс положила ладонь на струны, заставив лютню умолкнуть, а танец – прекратиться.
– Мы с Марианной устали, – объявила она и выразительно посмотрела на Кэтрин. – И уже стемнело.
– Пора провожать молодых в спальню! – поняв ее с полуслова, хлопнула в ладоши Кэтрин, вызвав своим предложением громкое одобрение гостей и густой румянец на щеках новобрачной.
В трапезной закружилась кутерьма – все хотели принять участие в традиционном обряде. Поймав взгляд Марианны, Робин поманил ее к себе. По пути к нему она почти столкнулась плечом с Виллом, который, остановившись на мгновение, посмотрел на Марианну таким отчужденным и холодным взглядом, что она тоже невольно замедлила шаг. Не сказав ей ни слова, он отвернулся и подошел к столу, где снова налил себе в кубок вина. Не успев задуматься об очередной перемене, произошедшей с Виллом, Марианна уже стояла перед Робином.
– Я сейчас уеду, ты поедешь со мной, – негромко сказал Робин.
– В объезд дозоров? – уточнила Марианна.
Он искоса посмотрел на нее и усмехнулся:
– Много вопросов задаешь, Саксонка. Седлай лошадей, а я схожу за своим и твоим оружием.
И вот они едут вдвоем по лесной тропинке – впереди Робин, за ним Марианна – в теплой безветренной ночи на исходе августа. Бархатная ночь, как обычно называют такие ночи в Шервуде, когда теплый сумрак окутывает спящий лес и мягким плащом ложится на плечи.
Марианна так и не узнала, куда они направляются, но ее это не заботило. Он впервые за все это время взял ее с собой, не позвав больше никого из стрелков, и она была готова ехать следом за ним хоть на край света, даже в молчании.
Ровная неторопливая иноходь Колчана и глухой перестук копыт нагоняли дремоту. Марианна тряхнула головой, почувствовав, что глаза закрываются.
– Ты спала сегодня? – услышала она голос Робина, и, прежде чем успела ответить, он сказал: – Поравняйся со мной.
Когда иноходец нагнал вороного Воина, Робин протянул к Марианне руку и взял ее за запястье.
– Не надо! – встрепенулась Марианна, когда ровный поток силы, исходивший от его пальцев, смыл с нее сонливость и придал бодрости. – Ты ведь сам устал!
– Я успел поспать час до свадебного обеда, – ответил Робин.
Подержав еще немного руку Марианны, он выпустил ее, когда убедился, что переданных сил достаточно, чтобы Марианна не уснула в седле. Она хотела придержать иноходца и занять место позади Робина, но он, угадав ее намерение, отрицательно покачал головой.
– Оставайся рядом: тропа достаточно широка.
Они еще недолго ехали бок о бок в молчании, потом Марианна сказала:
– Спасибо тебе за помощь.
Робин вопросительно посмотрел на нее, и Марианна напомнила:
– На обеде, когда Вилл…
– Ты об этом? – и Робин рассмеялся. – Что ж, Вилл прав – тебе нужны уроки и в этих навыках: научиться брать в плен чужую волю и защищаться от такой же атаки. Но я помогал не тебе, а Виллу. Он сильно рисковал лишиться дарованной богами власти в наказание за то, что пытался воспользоваться ею не во благо.
«Наверное, Вилл был уверен, что преследует благую цель», – подумала Марианна.
