Я сердито посмотрел на Лоусона. Он должен был умереть. Медленно.
Я шагнул вперед с ножом в руке.
Но как только я это сделал, мой телефон запищал, и лицо Олли просияло.
— Похоже, еще не все мои люди мертвы. — Широкая улыбка тронула его губы. Я понятия не имел, о чем он говорит. — Ну? — спросил он. — Разве ты не собираешься посмотреть? Если дело дойдет до этого, я хочу быть уверен, что ты это видел, пока я здесь.
— Я скорее убью тебя, чем посмотрю какое-нибудь гребаное видео, которое ты с трудом отправляешь, — сказал я.
Вокруг меня снова раздались сигналы о новых сообщениях, затем наступила тишина.
Через несколько секунд Чарли подошел ко мне, протягивая телефон. Его лицо выглядело так, словно он увидел чертово привидение.
Мой двоюродный брат нажал кнопку воспроизведения видео. Бетси и Вера не сводили глаз с Олли. Но Лоусон смотрел только на меня. Я чувствовал тяжесть его взгляда, когда видео запустилось.
Я смотрел, как какой-то ублюдок в обычной черной одежде и балаклаве выносит мою сестру из задней двери дома. Дом горел, мама была внутри, но кто-то зашел за Перл. Мое сердце бешено колотилось, когда я увидел свою сестру живой, но ее забрали.
Видео оборвалось. Мои руки чертовски тряслись от ярости, когда воспроизвелось следующее. Девушка в костюме. Блондинка с глазами Перл. Девушка лет двадцати с небольшим…
У меня перехватило дыхание, и я понял, что вижу. Мой мозг пытался, черт возьми, осознать то, что я видел.
Перл…
— Энни, — сказал Олли, произнося имя моей матери. Он не заслуживал того, чтобы произносить ее гребаное имя. Я вырву его грязный гребаный язык, если он скажет это еще раз. — Это моя сестра, Энни Лоусон.
Победа отразилась на его лице, когда его слова проникли мне в мозг. Рука Олли висела, нога была сломана, но ублюдок все еще смотрел на меня.
— Что может быть лучше, чем взять твою любимую сестренку и сделать ее одной из нас?
— Ты лжешь, — прорычал я, но смотрел на девушку, сидящую в кафе в какой-то другой гребаной стране. Франции, Швейцарии или еще каком-то дерьме, судя по всему. Кто-то подошел к ее столику, и она улыбнулась, пожимая ему руку. Я замер. Потому что я знал эту гребаную улыбку.
Это была Перл… Они забрали Перл!
— Тварь! — я бросился на Олли, но тот был готов. Он вытащил пистолет и выстрелил, задев мою руку. Я не чувствовал боли, не прекращая наступать на него. Мне просто нужно было, чтобы этот ублюдок сдох.
Когда я поднял руку, чтобы ударить его по лицу, он сказал:
— Энни управляет нашим европейским предприятием. — Я замер и представил, как она в этом костюме пожимает кому-то руку. Видео, о котором она явно не знала.
— Торговля людьми? — спросила Бетси с отчаянием в голосе. — Перл замешана в торговле людьми?
Олли поднял бровь, глядя на мою кузину.
— Энни не вытянет такого дерьма. — Он снова посмотрел на меня. — Моя сестра настоящая чертовка. — Я собирался убить его. Я должен был, черт возьми, убить его. Перл была моей сестрой, а не его. Моей чертовой младшей сестренкой.
— Она больше подходит для наркотиков и оружия. — Он снова улыбнулся. — На самом деле вкусы у вас очень похожи. Она ничего не знает о торговле людьми в нашем бизнесе. — Он вздрогнул. — Энни может быть настоящей маленькой садисткой, если ей кто-то не нравится. Ей нравится заставлять платить по счетам. И она любит меня. Ее старшего брата. Я никогда не расскажу ей о наших настоящих лондонских авантюрах. Не хотел бы навлечь на себя ее гнев.
— Где она? — прорычал я.
— Где она, черт возьми?! — крикнул Винни позади меня, все еще сдерживаемый Чарли.
— Не здесь, — сказал Олли, и мой разум превратился в гребаный хаос. Перл была жива и работала на Лоусонов. Нет, не работала. Она была Лоусон. Чертова Адли, удочеренная Лоусонами, носящая имя нашей убитой мамы.
— Она ничего о тебе не помнит, — сказал Олли, и я услышал, как Бетси резко втянула воздух, словно ее подстрелили. — Она не знает, что знаменитая семья Адли когда-то была ее. — Он рассмеялся, и этот звук действовал мне на нервы. — На самом деле, она чертовски ненавидит вас. Ненавидит тебя… — Олли наклонился ко мне. Но я не мог даже пошевелиться, трещина в моей груди превращала все внутри меня в пустоту.
Моя сестра ненавидела нас. Ненавидела меня.
— И если что-нибудь случится с ее самым дорогим старшим братом, со мной, то она уничтожит вас всех.
Все, что я мог видеть в своей голове — это Перл. Перл была жива. Сидит в кафе, улыбается и пожимает руку какому-то придурку.
Моя младшая сестра была чертовски жива.
Олли приставил пистолет к моему лбу. Ствол прижался к моей коже, и огонь зажегся в его гребаных глазах. Смерть. Он хотел моей смерти.
Перед глазами плясала тьма, сам Сатана готов был утащить нас обоих с собой.
— Сделай это, — прорычал я с горящими глазами, отталкиваясь от пистолета. — ЧЕРТ ВОЗЬМИ, СДЕЛАЙ ЭТО! — крикнул я, поднимая свой пистолет к его черепу. Олли широко улыбнулся и снял пистолет с предохранителя точно так же, как я снял свой. Мы собирались умереть. Этот ублюдок умрет прямо сейчас, даже если мне самому придется спуститься в чертов ад...
Потом он замер.
Его глаза расширились.
