Я уставилась на свои руки. Руки, которые касались его груди, живота и бедер. Несмотря на то, что знала, что это неправильно, я хотела снова почувствовать его. Только на этот раз я не хотела, чтобы он сдерживался. Я не хотела, чтобы он держался на расстоянии. Я хотела, чтобы он схватил меня и заставил забыть собственное имя. Может быть, тогда я смогу избавиться от этой одержимости им раз и навсегда.
Может быть.
***
Музыка лилась из динамиков яхты, и после нескольких бокалов сангрии я начала чувствовать себя расслабленной и свободной. Мой взгляд скользнул по людям, танцующим на верхней палубе. Солнце садилось за горизонт, отбрасывая теплый оранжевый свет. Арабелла и Фрейя подошли ко мне, когда я прислонилась к перилам яхты.
— Ты в порядке? — спросила Арабелла.
Я дотронулась до лица и провела пальцами вниз по шее. Отек немного уменьшился, но на щеке все еще красовался уродливый багровый синяк, а на шее красные следы от пальцев. Тональный крем достаточно скрывал их, чтобы люди не обращали внимания. Я сказала Арабелле и Фрейе, что сильно упала в своей комнате. Не уверена, поверили они мне или нет, но ни одна из них не стала дальше расспрашивать меня. В наших кругах многие вопросы часто оставались незаданными. Никто не хотел портить нашу, казалось бы, идеальную жизнь такой банальной вещью, как правда.
Я посмотрела на яхту Адли, стоявшую рядом с нами. Артура я не видела ни вчера вечером, ни сегодня. Завтра вернется Хьюго, и мы должны будем отправиться на Ибицу. Я снова перевела взгляд на танцующих на верхней палубе людей. В основном это знакомые Арабеллы и Фрейи. Некоторые из них вращаются с нами в одних светских кругах в Челси, но присутствовали здесь не все.
Олли Лоусон встретился со мной вчера, как и обещал. Я позаботилась о том, чтобы встреча произошла вне яхты, в ресторане в присутствии моих подруг. После той ночи в животе поселилось какие-то неприятное чувство, когда я думала об Олли. Что-то с ним было не так. Что-то такое, что я не могла объяснить, но мне казалось, что в его глазах отражалась тьма. Однако в ресторане он был, как всегда, очарователен и внимателен. Но отец вызвал его обратно в Лондон, и он уехал из Марбельи. У меня был только сегодняшний вечер. Один вечер без Хьюго и без Олли, пристально наблюдающего за мной.
Звук голосов с яхты Адли привлек мое внимание.
— Ты унылый придурок! — крикнул Эрик Мейсон кому-то в гостиной, пока выходил оттуда одетый в шорты и белую льняную рубашку. Волосы, как всегда, были зачесаны набок.
Фредди Уильямс шел за ним по пятам и отвесил Эрику подзатыльник.
— У него есть дело, которое он должен решить, идиот, — сказал он. — Или ты хочешь позвонить Алфи и сказать, что его сын отлынивает от работы, потому что вместо этого мы идем напиваться?
— Отличная идея, — сказал Эрик, сделав вид, что задумался на несколько секунд. Затем они спустились с яхты и направились в сторону прибрежных баров.
— Фух. По крайней мере, они не пытаются попасть к нам на борт этим вечером, — сказала Фрейя. Она выпрямила спину, когда подошел Бенедикт Шоу и, взяв ее за руку, без единого слова потащил на импровизированный танцпол.
— Она такая взбалмошная, — сказала Арабелла и чуть не упала на колени, когда к ней подошел Кассиус Локк. Она тут же отвернулась и залпом выпила свою «Маргариту». Когда я улыбнулась и вопросительно приподняла бровь, она показала мне средний палец. — Для храбрости, понятно? Не осуждай меня.
— Арабелла? — спросил Кассиус. Он кивнул головой в сторону бара. — Не хочешь выпить?
Арабелла широко улыбнулась мне, когда он повел ее вглубь яхты. Я наблюдала, как знакомые мне люди постепенно напивались. Все разбились на пары, а небо становилось все темнее.
— Пошли, старина, — раздался голос с яхты Адли. Чарли Адли и Винни Эдвардс покидали борт. Винни подпрыгивал на ходу, как будто ему вкололи чистый адреналин, и его мышцы постоянно сокращались. Чарли, обняв Винни за плечи, повел его к ожидающей их машине. Автомобиль тронулся с места и вскоре задние габаритные огни скрылись из вида.
Я допила остатки своей сангрии, пока диджей переключал музыку. Людей на танцполе становилось все больше, таблетки и шоты передавались друг другу. Я заметила Фрейю возле бара и Арабеллу, которая уже вела Кассиуса в свою комнату.
Я разглядывала людей передо мной. Все они богаты. Все говорят с таким же акцентом, как и я. Каждый из них ходил в частную школу, и не просто какую-нибудь, а лучшую из всех, что были в Англии. Мы все часто обедали в «Синей птице» в Челси и всем нам суждено было вращаться в одном кругу, соответствующем светским семьям.
Я не была исключением.
И это так сильно душило.
Поставив бокал на ближайший столик, я ушла подальше от танцпола и направилась в заднюю часть яхты. Музыка стихла, когда я перегнулась через борт лодки и невидящим взглядом уставилась на рестораны позади нас.
Знакомый запах сигаретного дыма прервал мои размышления. Даже в темноте пристани я увидела оранжевое мерцание табака, превращающегося в пепел прежде, чем упасть на пол.
Артур.
