— О, я знаю, кто ты. — Я не была уверена, что она имеет в виду и как понять тон ее слов. В голове стучало, и я едва могла сосредоточиться. — Вот, — сказала Бетси. Я подняла глаза и увидела в ее руке две таблетки и стакан воды. — Твое лекарство, назначенное доктором. Обезболивающее. — Я молча взяла их у нее, проглотила и молилась, чтобы они быстро подействовали.
Бетси перестилала постель и то и дело посматривала в мою сторону. Когда она закончила, помогла мне вернуться на кровать, взбивая подушки, чтобы я могла сесть прямо. Мне казалось, что я нахожусь в каком-то ужасном сне. Волны эмоций продолжали обрушиваться на меня. Печаль, гнев, оцепенение... Я изо всех сил пыталась удержать это состояние. Потом подумала об Артуре. Я посмотрела на свою руку, и мне показалось, что я чувствую его ладонь на своей. Его призрачное прикосновение.
Мой взгляд скользнул к двери.
— Его здесь нет, — сказала она. Я посмотрела на нее. — Все уехали.
Бетси протянула мне поднос, который я даже не заметила на маленьком кофейном столике возле большого камина. Томатный суп и хлеб с маслом.
— Я дала ему немного остыть, — она положила поднос мне на колени. — Попробуй немного поесть. Ты, должно быть, умираешь от голода.
Желудок скрутило, как только мой разум заставил меня вернуться к моим подругам в отеле, к видео с моим отцом и Хьюго. Мое тело вздрогнуло, и я начала задыхаться. Я не могла дышать. Мне казалось, что я не могу дышать!
Кровать прогнулась, и Бетси встретилась со мной взглядом.
— Дыши. — Бетси глубоко вздохнула, и я последовала ее примеру. Мой бешеный пульс начал замедляться, и тиски, сжимающие мои легкие, начали ослабевать. Я вдыхала и выдыхала, повторяя за Бетси, пока паника не утихла и не осталась только боль в груди. — Ешь, Ческа. Тебе нужны силы.
Я смотрела вниз, на томатный суп, но все, что я видела, это кровь. Алая кровь Фрейи, кровь Арабеллы… Папы и Хьюго, безжизненно осевших на стульях.
— Я не могу выкинуть их из головы, — прошептала я, мои глаза остекленели, и разум снова вернул меня в то место. Но чем глубже я погружалась в воспоминания, тем сильнее чувствовала, как что-то внутри меня нарастает. Стены. Стены, растущие с головокружительной скоростью, в попытке блокировать воспоминания и не дать мне окончательно разбиться на кусочки.
— Я знаю, — сказала Бетси с пониманием. — Я и сама была в похожей ситуации. — Она пожала плечами. — Я имею в виду, когда того, кого ты любишь, убили. Прямо перед тобой.
— И ты это видела? — спросила я, чувствуя себя так, словно находилась под анестезией. Каждый вдох и каждый стук сердца обжигали эмоциями, которые разрушали меня, пожирали и медленно убивали.
Шок. Должно быть, это был шок. Мне было все равно. Я просто не хотела сейчас ничего чувствовать.
— Моя мачеха, — сказала Бетси, возвращая мое внимание к ней. Она встала и налила мне еще стакан воды из графина, который стоял на прикроватном столике. Я снова выпила весь стакан. — Враги Адли убили ее некоторое время назад.
— Прямо на твоих глазах?
— Прямо на моих глазах. — Бетси едва заметно вздрогнула. Она откинула назад мои волосы, затем собрала их и завязала в пучок, чтобы они не падали мне на лицо. — С тобой все это только-только случилось. И такого рода события не являются нормой в твоей жизни. Но для тех, кто часто видит подобные вещи, все становится легче. Пережить не то, что с ними случилось, а потерю. И продолжать двигаться дальше.
— Это правда так? — спросила я. Но я уже начала переставать что-либо чувствовать. Как будто боль была заперта в клетке. Закрыта на замок до тех пор, пока я не буду готова освободить ее.
Но когда я подумала о лице Артура, я снова почувствовала. Я чувствовала все эмоции, которые когда-либо испытывала с ним — любовь, счастье, разочарование и боль. Но в основном потребность его присутствия. Жгучая, всепоглощающая, всеобъемлющая потребность. Все внутри меня онемело, спрятано за высокими стенами… кроме него.
Он был привратником, охранявшим двери сквозь эти стены.
Бетси села на кресло, и я ухватилась за мысль об Артуре. О том, что с ним я в безопасности.
— Ешь, дорогая.
Словно робот, я опускала ложку в суп и ела. Почти не ощущая вкуса. Все это время я чувствовала, что Бетси наблюдает за мной. Не уверена, было ли это подозрение или беспокойство с ее стороны.
Когда я доела, она унесла поднос, оставив меня одну всего на несколько минут, прежде чем вернуться. Я слышала, как она разговаривала с кем-то в коридоре. Мое сердце тут же забилось быстрее при мысли, что это может быть Артур. Я хотела увидеть его. Мне нужно было увидеть его. Он заставлял меня чувствовать себя в безопасности. Странно, но рядом с ним так было всегда.
Но когда Бетси вернулась, она была одна. В руке она держала бокал вина. Она села на кресло Артура и внимательно посмотрела на меня.
— Итак, — сказала она после нескольких напряженных минут. — Ты — это она.
Это был не вопрос, а скорее констатация факта.
— Она? — спросила я, подавляя дрожь беспокойства от этого странного замечания.
Бетси прикусила губу.
