Трэвис не прекращал ласкать ее, и Алисия откинулась назад, прижавшись к нему бедром. Она неудержимо погружалась в охватывавшую ее истому.
Он нежно и умело гладил ее, водил по ней пальцами, как поступал со своими чудесными деревянными фигурками. Он взял в ладони ее тяжелые груди. Трэвис дразнил налившиеся болью соски, доводя ее до мучительного желания. Он высвободил ее плечи из платья, пробежал пальцами по обнаженной нежной спине и задрожал от вожделения.
Он прижал Алисию к себе, чувствуя через рубашку, как часто вздымается ее грудь. Он прижался губами к ее волосам.
— Алисия, любовь моя, у тебя еще есть вопросы? Не думаю, что мне удастся дать на них вразумительные ответы.
Алисия отважилась развязать его галстук и скользнула рукой под рубашку. Она трогала пальцами редкие волоски на его груди и поглаживала крепкие мышцы. Бугристые мускулы под ее рукой завораживали и пугали ее. Если он обнимет ее, ей ни за что не вырваться, но он пока не применял к ней силу. И она была признательна ему за это.
Трэвис затаил дыхание, пока ее белая ручка исследовала бронзовую кожу его груди. Он внимательно следил за ней. Она все еще была слегка напряжена, она все еще боялась, но ее уже переполняло желание. Ее высокие упругие груди горели от прикосновения к его коже, и он расстегнул оставшиеся пуговицы и высвободил свою рубашку из брюк.
Прикосновение к его обнаженной груди разожгло в ней жгучее желание, идущее откуда-то снизу, и Алисия не могла больше сдерживаться. Она подняла глаза и взглянула на него.
— Больше никаких вопросов, — севшим голосом прошептала она.
Он жадно вобрал ртом ее губы, и им показалось, что их гулко стучавшие сердца раскачивают лодку.
И только когда они услышали доносившиеся снаружи крики и проклятия, они поняли, что лодка раскачивается по другой причине. Под хор пьяных выкриков по палубе шагали ноги, обутые в сапоги.
Они были уже не одни.
— Эй, Лоунтри! Где ты? — Голос прозвучал совсем близко от двери в каюту. Такие же хриплые голоса раздавались с берега и со склона холма, с ведущей в город тропинки, где пьяный смех перемежался бессвязными ругательствами.
Бормоча проклятия, Трэвис вскочил на ноги и бросился к двери, чтобы помешать незваному гостю войти. Он бесшумно выскользнул на палубу, а Алисия принялась нервно приводить в порядок одежду.
— Эй, Лоунтри! Где мои деньги? — радостно закричал забравшийся в лодку человек, покачнувшись на скользкой палубе.
— Банк! Он сорвал банк три раза кряду! — заорали с холма.
Фонари в руках пьяных лодочников мерцали, раскачивались и даже падали на землю, когда их владельцы спускались по тропинке с холма.
— Лакросс сказал, ты оплатишь выигрыш. Пятьдесят долларов, Лоунтри! — При упоминании такой крупной суммы воздух огласился радостными криками.
Скрестив руки на груди, Алисия прижалась к двери каюты, чтобы никто не мог войти к ней. Трэвис же, усмехаясь, смотрел на своих неожиданных кредиторов. Он сам много раз бывал в подобных компаниях и знал, как быстро их хорошее настроение может перейти в драку. Лакроссу повезло, что они не столкнули салун в реку, когда узнали, что он не может оплатить выигрыш. На памяти Лоунтри случалось и такое.
Он сунул руку в карман брюк и выудил оттуда маленький мешочек с монетами. Вручив его победителю, он обратился к компании:
— Это первый взнос в счет моего долга, джентльмены. Возвращайтесь с этими деньгами назад и быстро проиграйте их, а я скоро приду и отдам вам остальную часть долга. Я не ношу с собой такие деньги. Лакроссу это хорошо известно.
С берега снова послышались радостные возгласы. Затем один из лодочников заметил, что Трэвис полуодет, и закричал:
— Вот это да! Лоунтри затащил к себе женщину. Не ждите, что он скоро придет!
Послышался очередной взрыв пьяного смеха, и посыпались вопросы о том, кто та счастливица на борту, но Трэвис только таинственно усмехнулся и бесстрастно пожал плечами.
— Идите, ребята, или я забуду, что я вам вообще что-то должен. Утром вы даже не вспомните, заплатил я вам или нет.
Общий смех одобрения последовал за этим находчивым ответом, и удачливый игрок, потрясая в воздухе тяжелым мешочком, повел своих товарищей назад, вверх по тропинке. Убедившись в том, что они ушли, Трэвис с тревожно бьющимся сердцем поспешил к Алисии.
Она стояла среди каюты в застегнутом платье и накинутой на плечи ротонде с опущенным на лоб капюшоном. Трэвис застонал и осторожно приблизился к ней.
— Алисия, они ушли. Тебе нечего больше бояться. — Он потянулся к ее капюшону, но она отступила назад.
— Ты же сказал, что скоро присоединишься к ним. Не хочу мешать твоему веселью в такой вечер.
Она говорила спокойным, холодным тоном, но Трэвис видел затаенную боль в ее глазах. Шепча про себя проклятия, он отказался от дальнейших попыток дотронуться до нее.
— Они вполне могли перевернуть лодку, если бы я не пообещал им этого, — кратко пояснил он. — Я не позволю тебе играть со мной, Алисия. Я все сделал для того, чтобы обеспечить безопасность твоего пребывания здесь, но я не мог предвидеть такого поворота событий.
