– Я думаю, что вы очень великодушны, – заметил Чик убежденно. – Это чрезвычайно щедрый дар! Но вы, конечно, хорошо знаете своего зятя. Я убежден, что вы бы не стали рисковать, давая все эти деньги в руки какого-нибудь расточителя. Мне бы хотелось с ним познакомиться.
– Я надеюсь, что вам представится случаи, – недовольно проворчал Джарвис, когда автомобиль остановился у ворот замка.
Он провел гостя в большую, отделанную дубом, приемную. Сидевшая там девушка встала и побежала вприпрыжку им навстречу.
Чик посмотрел на нее с любопытством. «Вероятно, друг семьи», подумал он и отметил, что кричаще изумрудное платье мало подходило к ее слишком яркому гриму.
Не проронив ни слова, она улыбнулась сначала Чику, потом отцу.
– Иностранка! – подумал Чик.
– Вот моя дочь, лорд Пальборо! – провозгласил мистер Джарвис, вспомнив теперь его титул. Чик растерялся от неожиданности.
– Ваша… ваша дочь? – пробормотал он.
– Это Минни. Минни, надеюсь, что ты постараешься сделать визит лорда Пальборо приятным для него.
– Ну, конечно, папа! – с готовностью ответила она.
Пока трое слуг эскортировали маленькую сумку Чика в его комнату, Минни с детской доверчивостью взяла его под руку и повела через зал с колоннами, напоминавший ему кулуары палаты лордов, в гостиную. Там было до шестисот различных предметов, включая ярко-красные подушки на розовом диване.
Обед был таким, что он вспоминал его всю жизнь.
Мистер Джарвис принадлежал к тому типу хозяев, которые уверены, что гостеприимство заключается в усиленном наполнении желудка гостя.
– Теперь, лорд Пальборо, вы должны съесть еще кусочек фазана, я настаиваю! О, лорд Пальборо ничего не ест! Джон, подай лорду Пальборо еще телятины!
Чик добросовестно старался опорожнять свою тарелку, но всякий раз, когда ему это удавалось, перед ним возникало какое-нибудь новое блюдо. Он несколько неуверенно поднялся из-за стола, чувствуя себя наподобие чудовищных фигур, которые рекламируют достоинства пневматических шин.
– Теперь, мой мальчик, идите покурить на террасу.
– Благодарю вас, я не курю, – ответил Чик.
– Хорошо, тогда идите пить кофе на террасу!
Чик, несколько удивленный такой настойчивостью, спросил:
– А разве там не холодно?
Но оказалось, что та часть террасы, куда его приглашали, застеклена и отапливается.
– Вы идете, сэр? – спросил Чик.
– Я должен ненадолго отлучиться, – загадочно обронил Джарвис. – Бегите же, мой молодой друг!
Но Чик не был способен бежать куда бы то ни было. Он проковылял в этот уютный уголок на террасе и со вздохом облегчения опустился в огромное кресло. Терраса была пуста, но вдруг откуда ни возьмись появилась Минни Джарвис и водворилась на ручке его кресла. Чик вскочил.
– О, не вставайте, пожалуйста, лорд Пальборо! – воскликнула она игриво. – Мне очень, очень удобно!
– Позвольте предложить вам стул.
Но Минни продолжала проявлять свое «обаяние».
– Вы очень скверный мальчик, – пропела она. – Садитесь на свое место.
Чик из вежливости подчинился. Но когда ее рука небрежно опустилась на его плечо, он поморщился. Когда он почувствовал всю тяжесть этой милой ручки, то вздрогнул.
– Какой вы смешной! – воскликнула она. – Почему вы не сидите спокойно?
– Может быть, вы бы предпочли, чтобы я подал вам этот стул? – спросил Чик, озираясь в надежде, что, может быть, придет мать или отец этой леди и облегчит его трудное положение. Но мать леди раскладывала пасьянс в гостиной, а отец леди находился в библиотеке, предаваясь своим надеждам.
Чик старался начать разговор на испытанную тему о страховании. Он был несколько обеспокоен тем, что до сих пор еще не имел возможности обсудить форму «А» с ее отцом, и теперь старался заинтересовать дочь превосходными достоинствами этого полиса.
– Не будьте глупеньким, глупеньким, глупеньким! – выкрикивала Минни, дергая его за ухо. – Я не собираюсь еще выходить замуж! И не думаю об этом!
– Я полагал, что вы помолвлены, мисс Джарвис.
– Еще нет, – ответила она жеманно. – Настоящий жених еще не пришел, а если лорд пришел, он еще меня не просил…
– Разве он лорд? – спросил заинтригованный Чик.
– Я думаю, что вы глупенький мальчик, – заметила мисс Джарвис. – Но, может быть, вы так богаты, что вам не нужно двухсот тысяч фунтов?
– Мне? – удивился Чик. – Никто мне не собирается давать двести тысяч фунтов…
И вдруг ему открылся весь комический ужас его положения. Он вскочил с места, бледный от негодования.
– Я… я не хочу ни на ком жениться, – почти закричал он, – ни за какие миллионы и миллионы фунтов! Я думаю, что это ужасная вещь – жениться из-за денег! Я бы не женился на самой прекрасной женщине в мире… из-за денег!
– Я вас и не спрашивала, – поморщилась Минни. – Я вас не просила вовсе, вы – самодовольный черт, вот вы кто! Такого человека стоит отравить! Приезжать сюда, важничать… без гроша в кармане… оскорблять девушку…
Она расплакалась и пошла искать утешения у своей мамы.
На следующее утро он нашел, что поданный ему чай имеет какой-то странный вкус. Ему живо припомнились все прочитанные им рассказы о женской мести. Чашка осталась недопитой.
