Он отвел Марка в угол. Вокруг продолжали гомонить приветствия; Джулиан понизил голос.
– Я знаю, что вы сделали, – сказал он. – Знаю, что вы с Эммой никогда не встречались по-настоящему. Я благодарен. Я знаю, что это было для меня.
У Марка стал удивленный вид.
– Это была идея Эммы, – сказал он.
– О, поверь мне, я знаю. – Джулиан положил руку брату на плечо. – И с детьми ты отлично справился. Магнус мне рассказал. Спасибо.
Марк просиял, и в сердце у Джулиана стало саднить еще сильнее.
– Я не… в смысле, они в такие неприятности влипали…
Джулиан притянул брата к себе и крепко обнял. Марк издал придушенный звук удивления – и сам заключил Джулиана в объятия, чуть не вышибив из того дух. Джулиан чувствовал, как сердце брата колотится напротив его собственного, пока общие радость и облегчение бьются в их общей крови.
Спустя мгновение они отстранились.
– Так вы с Эммой?.. – наполовину колеблясь, начал Марк. Но прежде, чем Джулиан успел ответить, им на шею бросилась Ливви, как-то умудрившись обнять разом и Марка, и Джулиана, и разговор потонул в смехе.
Тай последовал за ней по-другому – улыбнувшись и коснувшись сперва плеча Джулиана, а затем руки, словно чтобы убедиться, что тот в самом деле тут. Тактильный контакт порой значил для Тая не меньше, чем то, что он мог наблюдать глазами.
Марк сообщил Эмме, что Дрю еще у себя в комнате, но что она скоро придет. Магнус подошел к Алеку, и пара тихо беседовала перед камином. Только Кьеран остался на своем месте за столом – такой молчаливый и неподвижный, что сошел бы за декоративное растение. Его вид, впрочем, кое о чем напомнил Джулиану, и тот огляделся в поисках белокурых волос и саркастической мины.
– А где Кит?
Последовал поток объяснений вразнобой: рассказ о Всадниках на берегу, как их спасли Гвин и Диана, ранение Кита. Эмма описала четырех Всадников, с которыми они встретились в Корнуолле, хотя детали того, как Эмма убила одного из них, изложил Джулиан – в ответ на что раздалось множество восклицаний.
– Никогда раньше не слышала о том, чтобы кто-нибудь убил Всадника, – заявила Кристина, торопясь к столу за книгой. – Но кто-то же когда-то был должен.
– Нет, – тихо и ровно произнес Кьеран. Что-то в тембре его голоса напомнило Джулиану о голосе Короля Неблагого Двора. – Никто и никогда. Их всегда было семеро, детей Маннана, и они живут на свете почти от начала времен. В тебе, Эмма Карстерс, должно быть нечто очень особенное.
Эмма залилась румянцем.
– Да нет во мне ничего такого.
Кьеран все еще глядел на Эмму с любопытством. На нем были джинсы и сливочного цвета свитер. Он казался до тревожного человечным – пока не случалось по-настоящему всмотреться в его лицо и нечеловеческую структуру костей.
– Каково было убить нечто настолько старое?
Эмма поколебалась.
– Как будто… ты когда-нибудь держал лед в руках так долго, что от холода коже больно?
Кьеран помедлил, а затем кивнул.
– Смертельно больно.
– Вот так это и было.
– Итак, здесь мы в безопасности, – обратился Джулиан к Магнусу – отчасти чтобы пресечь дальнейшие вопросы о покойном Всаднике. – В Институте.
– Здесь Всадникам до нас не добраться. От них мы защищены чарами, – сказал Магнус.
– Но Гвин смог приземлиться на крыше, – возразила Эмма. – То есть Волшебный народ нельзя совсем не пускать в…
– Гвин – из Дикой Охоты. Они не то же самое. – Магнус нагнулся и подхватил на руки Макса, который хихикнул и потянул его за шарф. – А еще я после полудня удвоил защитные чары вокруг Института.
– Где Диана? – спросил Джулиан.
– Вернулась в Идрис. Она говорит, что должна следить за тем, чтобы Джия и Совет были всем довольны, не волновались и ожидали, что заседание пройдет без сучка без задоринки.
– Но Черной книги-то у нас нет, – сказал Джулиан.
– Ну, у нас есть еще полтора дня, – заметила Эмма. – Чтобы найти Аннабель.
– Не выходя за эти благословенные стены? – спросил Марк. Он присел на подлокотник одного из кресел. – Мы тут вроде как в ловушке.
– Я не знаю, понимают ли Всадники, что здесь и мы с Алеком, – сказал Магнус. – Или, может, можно было бы взмолиться Гвину.
– Опасность представляется весьма серьезной, – сказала Эмма. – Нам было бы неловко просить о помощи такого рода.
– Ну, я с детьми возвращаюсь в Идрис – и, без сомнения, посмотрю, что смогу оттуда сделать. – Алек опустился в кресло рядом с Рафом и взъерошил темные волосы мальчика.
