— Дай я войду, — сказал он.
— Он в порядке, — сказал Роберт. — Брат Энох был здесь. Его магия истощена, и он слаб, но…
— Я знаю, что с ним не так, — сказал Алек, проталкиваясь мимо Инквизитора. Роберт наблюдал за своим сыном, когдак Алек опустился на колени рядом с длинной кушеткой. Он отодвинул волосы Магнуса со лба, и маг пошевелился и что-то пробормотал.
— Он не очень хорошо себя чувствует уже какое-то время, — сказал Алек, наполовину про себя. — Его магия истощается так быстро. Я говорил ему, что нужно пойти в Спиральный Лабиринт, но не было времени.
Кит пристально смотрел на Магнуса. Конечно, он слышал о нем еще до того, как встретил его. Магнус был знаменит в Нижнем Мире. И когда он встретил Магнуса, маг был настолько полон движущейся энергией, вихрем едкого остроумия и синим огнем. Ему даже не приходило в голову, что Магнус может заболеть или устать.
— Разве нет способа, чтобы он почувствовал себя лучше? — спросила Аннабель. Она вибрировала от напряжения, ее руки двигались по бокам. Он впервые заметил, что у нее не было пальца на правой руке. Он не слишком внимательно смотрел на нее раньше. Он содрогнулся. — Я… он нужен мне.
К счастью, Алек не потерял самообладания.
— Ему нужен отдых, — сказал он. — Мы могли бы отложить собрание…
— Алек, мы не можем, — мягко сказала Джиа. — Очевидно, Магнус должен отдохнуть. Аннабель, о тебе позаботятся. Я обещаю.
— Нет. — Аннабель отшатнулась назад к стене. — Я хочу, чтобы Магнус был со мной. Или Джулиан. Приведите Джулиана.
— Что происходит? — Кит узнал ее голос еще до того, как он повернулся и увидел Зару в дверях. Ее помада выглядела как суровая кровавая черта на ее бледной коже. Она смотрела на Магнуса, угол ее рта скривился в ухмылке. — Консул, — сказала она и поклонилась Джии. — Все собрались. Должна ли я сказать им, что собрание будет отложено?
— Нет, мисс Дирборн, — ответила Джиа, разглаживая свой вышитый халат. — Спасибо, но нам не нужно, чтобы вы управляли этим для нас. Собрание пройдет, как планировалось.
— Дирборн, — эхом повторила Аннабель. Ее взгляд зафиксировался на Заре. Ее глаза побледнели и сверкнули, как змеиные. — Ты Дирборн.
Зара выглядела просто озадаченной, как если бы удивляясь, кто такая Аннабель. — Зара полностью является сторонником ограничения прав жителей Нижнего Мира, — сказала Джиа нейтрально.
— Мы заинтересованы в безопасности, — произнесла Зара, явно задетая. — Это все.
— Нам лучше пойти, — сказал Роберт Лайтвуд. Он все еще смотрел на Алека, но Алек не смотрел на него — он сидел рядом с Магнусом, положив руку на его щеку. — Алек, если я понадоблюсь, пошли за мной.
— Я пошлю Кита, — сказал Алек, не оглядываясь.
— Я вернусь за вами, — сказал Роберт Кирану, который молчаливо оставался у окна, почти как тень в тенях комнаты. Киран кивнул.
Роберт сжал плечо Алека. Джиа протянул руку Аннабель, и после краткого взгляда на Зару Аннабель последовала за Консулом и Инквизитором из комнаты.
— Он заболел? — Спросила Зара, глядя на Магнуса с холодным интересом. — Я не думала, что маги болеют. Вот было бы забавно, если бы он умер раньше вас. Я имею в виду, что с ним, бессмертным, вы, должно быть, думали, что все пойдет иначе.
Алек медленно поднял голову.
— Что?
— Ну, так как Магнус бессмертен, а ты, как ты знаешь, нет, — пояснила она.
— Он бессмертен? — голос Алека был холоднее, чем Кит когда-либо слышал. — Жаль, что ты не сказала мне раньше. Я повернул бы время назад и нашел себе хорошего смертного мужа, чтобы стареть вместе с ним.
— Что ж, разве это не лучше? — спросила Зара. — Тогда вы могли бы состариться и умереть в одно время.
— В одно время? — повторил Алек. Он едва шевельнулся или поднял голос, но его ярость, казалось, заполнила комнату. Даже Зара начинала выглядеть неловко. — Как ты предлагаешь нам это устроить? Спрыгнуть с обрыва вместе, когда один из нас начнет чувствовать себя болезненно?
— Может быть. — Зара выглядела угрюмо. — Но ты должен согласиться с тем, что ситуация, в которой вы находитесь, трагична.
Алек поднялся на ноги, и в этот момент стал тем самым знаменитым Алеком Лайтвудом, о котором Кит слышал, героем прошлых сражений, мальчиком-лучником со смертельным прицелом.
— Это то, что я хочу, и то, что я выбрал, — сказал он. — Как ты смеешь говорить, что это трагедия? Магнус никогда не притворялся, он никогда не пытался внушить мне, что это будет легко, но выбор Магнуса — одна из самых легких вещей, которые я когда-либо делал. У всех нас целая жизнь, Зара, и никто из нас не знает, как долго или коротко это может быть. Уверен, даже ты это знаешь. Я ожидал, что ты будешь груба и жестока, но я сомневаюсь, что ты хотела казаться и глупой тоже.
Она покраснела.
— Но если ты умрешь от старости, а он живет вечно…
— Тогда он будет здесь для Макса, и это делает обоих нас счастливыми, — ответил Алек. — И я стану уникально счастливым человеком, потому что будет кто-то, кто будет меня помнить всегда. Кто всегда будет любить меня. Магнус не всегда будет скорбеть, но до конца времени он будет помнить и любить меня.
