Спасаясь, Листок сделала сальто назад, резко дернув поводок зверокуста. Мясницкий нож пустотника свистнул мимо ее пяток. Приземляясь, Листок споткнулась, потому что среда Двери не давала прочной опоры, и ушла на новый виток. Пустотник торжествующе захрюкал и ринулся на нее, занося огромный тесак. Листок защитным движением вскинула меч, уже понимая: ничего не получится.
Она закричала:
– Ромашка! Спасай!..
Нож мясника уже шел вниз, но гибкое щупальце обхватило запястье пустотника – и остановило удар в шести дюймах от цели. Другое щупальце поймало шею пустотника и оторвало ему голову. Правда, это мало повлияло на его боеспособность. Листок содрогнулась, заметив: то, что она приняла за пуговицы на изорванной шубе существа, на самом деле было глазами, а сама шуба – волосатой шкурой. Голова же являлась скорее ложным, маскировочным органом, служившим для придания сходства с Жителем.
А вот Ромашку такая живучесть пустотника ничуть не смутила. Листок даже отвернулась, когда щупальца, обладавшие мощью пресса для отслуживших автомобилей, стали рвать пустотника на части и швырять куски прочь. В глубине души Листок понимала, что и это может стать лишь тактическим отступлением. При подходящих обстоятельствах каждый кусок может стать злобным мелким пустотником. Или объединиться в какое-то новое целое. Или встретиться с комьями сырой Пустоты – и не уничтожиться, а только преобразиться.
Когда все стихло, Листок позволила мечу подтянуть себя вверх.
– Молодец, Ромашка, – похвалила она.
Превозмогая отторжение, девочка погладила пористую шкуру страшилища. Та на ощупь напоминала грубую кожуру ананаса.
Ромашка издала – или издал? – звук, вероятно означавший мурлыканье, хотя он больше напоминал звук фановой трубы, постепенно избавляющейся от засора.
Листок плотнее обмотала поводком свою руку, чтобы ненароком не упустить его, а с ним и свою власть над чудовищем. Потом закрыла глаза и сосредоточилась на том, что происходило в Парадной Двери. Как и прежде, она ощущала стайки пустотников и отдельно взятых страшилищ, движущихся кто куда, без конкретной цели. Вот бы знать: они просто не видели выходов или что-то мешало им проникнуть наружу? Может, они только-только возникли из Пустоты и еще не отрастили нормально действующих мозгов?..
А еще внутри Двери имелись немалые пространства, занятые Пустотой. Сосредоточив на них свои новообретенные чувства, Листок убедилась, что Пустота медленно, но верно расползается. В разных направлениях, на разных уровнях… Листок не сразу поняла: это происходит оттого, что Пустота одновременно вливается через пятьдесят или шестьдесят порталов. А внутренность Парадной Двери на самом деле представляет собой полусферу. Иначе говоря – купол. Испещренный выходами в Дом и во Второстепенные Царства.
Некоторые порталы, когда Листок обращала на них пристальное внимание, порождали особые ощущения. Те, что вели в Верхний Дом, вызывали неприятное покалывание на языке. Листок предположила: это знак, что они охраняются либо перекрыты на вход и выход. Порталы, канувшие в Пустоту, воспринимались как уже знакомая зубная боль. А вот некоторые проходы в Средний Дом навевали запах пекущегося хлеба. Когда Листок сосредотачивалась на других направлениях, аромат исчезал.
«Кто-то хочет, чтобы я подошла к порталам Среднего Дома, – сообразила Листок. – Это может быть Артур или доктор Скамандрос. Или враг…»
Она оглянулась на зверокуст.
«Если там враг, его ждет ма-а-аленькая неожиданность…»
– Отправляемся в Средний Дом, Ромашка, – сообщила Листок.
Девочка подергала поводок – и поплыла к ближайшему порталу в Средний Дом, используя меч в качестве буксировщика. Вначале она опасалась, что оттянет себе руки по колено в случае необходимости тащить за собой зверокуст. Выяснилось, однако, что его многочисленные лапки были отлично приспособлены для перемещения внутри Двери. Страшилище скользило вровень с Листок, так что поводок провисал.
– Умничка ты моя, – рассеянно похвалила Листок.
Она уже строила планы на будущее, гадая, удастся ли спокойно выбраться из Двери в Дом. Прежде она всего раз встречалась со Сменным Привратником, но отлично помнила, как в Нижнем Доме он выходил из Двери.
Хотя… Вспоминая подробности, Листок никак не могла определить, далеко ли Привратник отходил от портала. И где при этом находился его меч. Какая-то смесь реальной памяти с напуганным воображением подсовывала картину: меч Привратника тогда покоился в ножнах. А кончик ножен оставался внутри Двери…
Листок нахмурилась, напоминая себе, что рыться в зыбких глубинах памяти сейчас не время и не место. Лучше отслеживать перемещение пустотников, а то и в засаду попасть недолго. Поэтому она сосредоточилась на вторженцах и выяснила: хотя внутри Парадной Двери они исчислялись сотнями, непосредственно рядом не было ни одного. Даже напротив – они двигались прочь, чтобы собраться кучей у большого разлива Пустоты, втекавшей из былых порталов Великого Лабиринта.
