Иглы Ёжика медленно улеглись, – видимо, он успокоился. Лошадь была довольна. Она допила чай и в свою очередь рассказала Вороне, почему оказалась здесь: об очках, о Янтунене, Ёжике, о карте и молокозаводе – обо всём. Под конец рассказала и о том, как решила перейти реку и еле-еле спаслась. Ворона время от времени каркала. История её заинтересовала.
– Минуточку! – сказала Ворона и взмахнула крыльями. – Обождите. Может, я что-нибудь придумаю.
Она взлетела на вершину высокой ели и так оглушительно закаркала, что Ёжик с Лошадью дружно заткнули уши; иглы у Ёжика опять встали дыбом; на одной из них, как военный стяг, развевался жёлтый берёзовый лист.
Ворона вскоре умолкла и спланировала обратно на землю, но прежде, чем Лошадь успела раскрыть рот, воздух засвистел от взмахов сотен крыльев, и вороны одна за другой стали приземляться на поляну. Куда бы Лошадь ни взглянула, на неё смотрела ворона; деревья вместо опавших листьев вдруг украсились гроздьями чёрных «плодов». Лошади стало страшновато.
Большая Ворона угадала её мысли:
– Не бойся! Вы помогли мне. Может быть, я тоже смогу вам помочь.
И закаркала, – наверное, описывала ситуацию остальным воронам. Те долго галдели – поочерёдно, вразнобой и хором: «Крр-ра-а-ак!», «Кррру-у-ук!», «Карррай – крро-о-у-у!» Лошадь ничегошеньки не понимала.
Наконец большая Ворона протяжно произнесла:
– По слухам, на том берегу, напротив заводи, есть паром. Раньше его перетягивали канатом, но течение оборвало канат, и он валяется где-то. Мы попытаемся перенести его сюда – тогда вы сможете подтянуть паром к этому берегу.
Лошадь обрадовалась – вот это мысль! Ёжик быстренько упаковал свой рюкзак, старательно загасил костёр, и они двинулись вдоль реки. Внезапно река утихомирилась и превратилась в большую спокойную заводь, тёмную и холодную, как обиженный взгляд. Ворона прокаркала что-то – остальные взвились в воздух и полетели на противоположный берег. Через минуту они уже возвращались длинной цепочкой, держа в клювах толстый канат. Через мгновение он оказался у Лошади. И только она потянула за конец, как из зарослей показался плот; медленно причалив к берегу, он заскрежетал о песок и остановился.
Лошадь обрадовалась – будто подарок получила. Как в Рождество. Она на разные лады благодарила Ворону и собралась даже поклониться, но сообразила, что это будет выглядеть немножко смешно. Ворона была явно польщена. Она каркнула, и остальные вороны взлетели и вмиг пропали из виду. Большая Ворона поглядела на Лошадь свысока и промолвила:
– Мне кажется, что теперь вы во мне нуждаетесь. Я, так и быть, отправлюсь с вами, если вы очень вежливо попросите. Я могу быть очень и очень полезной. Мы, вороны, умеем многое, как вы, вероятно, уже поняли. Мы самые умные из всех птиц. Да-да! И возражать бесполезно – это написано в толстых книгах!
Лошадь не знала, что и сказать. Вообще-то, она ничего не имела против Вороны, но компания увеличивалась так быстро, что становилось вроде бы неудобно.
«Однако Ворона нам помогла, – подумала Лошадь. – И говорила дельно. Она будет у нас вперёдсмотрящим. А то компасу не всегда можно доверять».
Лошадь кивнула и подумала ещё немножко. Взглянула на Ёжика; казалось, и он был не против.
– Ладно, договорились! – сказала Лошадь. – Добро пожаловать! И ещё раз спасибо. Без тебя нам было бы не перебраться.
Ворона ответила, что тоже так считает. И тут же хрипло закаркала:
– В дорогу! Скоро стемнеет! Поторопитесь! – И разом перемахнула через плёс.
Лошадь с Ёжиком вскарабкались на плот; Лошадь принялась подтягивать канат. Довольно быстро плот уткнулся в противоположный берег. Как легко они одолели реку! Лошадь даже расхохоталась. Вот что значит настоящие путешественники! Ёжик, похоже, подумал о том же самом.
Уже смеркалось, и Лошадь приустала. Здесь было превосходное место для лагеря: под защитой сосен, возле тихого затона, где можно даже порыбачить. А в лесу полно сухого валежника. И вот уже потрескивал разведённый Ёжиком костёр, а Лошадь тем временем мастерила из веток навес для ночлега. Она укладывала ветки внахлёст, стараясь приладить их поплотнее – чтобы не проникал дождь. Потому что весьма неприятно спросонок очутиться в луже.
Когда заваренный Ёжиком чай был выпит, Лошадь решила отправиться на рыбалку. Она выдернула из гривы волосы и сделала из них длинную леску. Ёжик загнул свою иголку, чтобы получился крючок, Ворона выкопала из-под корня сосны червяка, а из коры сделала поплавок. В прибрежных зарослях отыскался гибкий берёзовый прут – вот удочка и готова.
Ворона летала над затоном и, заметив рыбу, сигналила Лошади, чтобы та забрасывала приманку туда, куда нужно. Ёжик готовил рыбу на горячих углях. Он даже смастерил из иголок решётку и поджаривал рыбу на гриле, как настоящий повар. Поужинав, они долго сидели у костра. Лошадь тихонько постукивала по полому дереву, Ворона подкаркивала, Ёжик гремел иголками и дудел на расчёске. Вечер был тёмный, костёр грел. Им было очень хорошо.
