Он непонимающим взглядом уставился на нее, нахмурился, в глазах промелькнул огонек узнавания. Не дав ему опомниться, я вытащила и положила на прилавок линейку.
– Юлька! Ты что ли? – бухнул он, и я вздрогнула. Ну и голос у него стал! Не голос, а труба иерихонская! Мощный такой бас.
– Ага, я, – закивала и улыбнулась.
– Ну даёшь! Как, откуда? – спросил он, все ещё улыбаясь.
