Её перебил звонок на телефон, и она тут же вытащила его из кармана. Имя контакта я разглядеть не смог, но её испуганную реакцию не заметить было невозможно.
— Что-то случилось? — растерянно спросил я, видя, как трясутся её руки, а дыхание учащается, — Ты в порядке? — ответа и на этот вопрос не последовало.
— Мне надо идти, — резко вскочила она, хватая сумку.
— Ты куда? — схватил за запястье девушку, пытаясь остановить. Я буквально чувствовал дрожь её хрупкого тела лишь через это касание. Руки девушки были холодными, словно она призрака увидела, — Все хорошо?
— Я боюсь, — внезапно начали капать слезы из глаз Сыльги, от чего я растерялся еще больше. Только сейчас я заметил, как она стала худей, а круги под глазами темней. Запястьем свободной руки девушка попыталась вытереть нахлынувшие слезы, но те прибывали вновь и вновь с большей силой.
Не обращая внимания на посторонние взгляды, я заключил её в крепкие теплые объятия, каждый раз чувствуя, как вздрагивают её плечи при каждом всхлипе; гладил мягкие волосы, чтобы успокоить и унять дрожь хрупкого тела. Мое сердце больно разрывалось от происходящего. Почему видеть эти слезы так тяжело? Почему чувствовать, как моя рубашка становится все мокрее от её плача, так невыносимо? Почему мне так хочется хоть горы свернуть, лишь бы снова лицезреть её улыбку?
Постепенно Сыльги успокоилась, и сама немного оттолкнула меня, чтобы боле не смущать из-за глаз посетителей кофейни. Отпускать её так не хотелось, но держать силой было бы глупо.
— Прости за это, — небрежно вытирая глаза и нос, произнесла девушка.
— Хочешь чего-нибудь? — заботливо спросил я, потому что напирать с расспросами, хотя мне жуть как интересно, было бы не тактично.
— Нет, — помотала головой Сыльги, коротко улыбнувшись, — Мне надо идти.
— Все хорошо? — вскинул я брови, потому что просто так, тем более после такого, отпустить её не мог. Девушка неожиданно для меня усмехнулась и как-то саркастично произнесла:
— А разве на то похоже? — еще шутить умудряется.
— Может тебе чем-нибудь помочь? — настаивал я на своем, сохраняя серьезный тон.
— Не думаю, что ты сможешь, — помотала головой Сыльги.
— Позволь хотя бы выслушать тебя, — с надеждой промолвил я, вновь остановив девушку, которая снова попыталась ускользнуть из моих рук. Она тяжело вздохнула, но все же согласилась. Наверное, не могла до этого поделиться этим ни с кем. Но, послушав, я понял почему.
Голова кипела от гнева, мешающего нормально думать после её слов. Я даже не догадывался, что не одному мне так плохо и не один я все время страдаю. Не знаю, чем такой добрый человек, как Сыльги, заслужил еще одну напасть от злодейки-судьбы.
После ухода из нашего дома тетушке и ей было тяжело. Бесконечная работа изматывала их, но семья не сдавалась. Вскоре получилось встать на ноги, но не без посторонней помощи от мужчины, ухаживающего за миссис Кан. Вскоре эти двое сошлись, закрепив отношения браком. У Сыльги появился новый отец и все, казалось бы, идет как нельзя лучше. Да только ненадолго. Все началось с поступления в эту престижную школу на третий год, обучение в которой было довольно дорогим, но мужчина мог запросто себе это позволить. Его падчерица пыталась отказаться, но вскоре приняла «скромный» подарок, за который вскоре отчим попросил не самую скромную плату. По началу это были лишь легкие касания до тонкой талии девушки или мягких ягодиц, якобы случайно, а потом и вовсе пополнилось странными просьбами, называть мужчину: «Папочка» и крепко обнимать. Но я уверен, что было еще много чего, что девушка не может мне рассказать.
Это все смущало Сыльги, но расстраивать мать этим не хотелось, ведь миссис Кан была стопроцентно была уверена в этом мужчине, который оказался не таким уж и хорошим. Даже страшно слышать, что этот урод делал со своей дочерью. Но как я понял, до изнасилования дело не дошло.
Мои кулаки чесались набить рожу этому старику. Как так можно? Видя, как тяжело Сыльги это все говорить и сколько смелости ей потребовалось, чтобы рассказать, мне становилось стыдно, что я ничего не мог поделать, хоть и не знал о происходящем.
— Я действительно не достойна тебя, — как-то грустно улыбнулась девушка, смотря вниз. Сколько же чувств во мне перемешалось в тот момент, и в основном отрицательных.
— Что ты такое говоришь? — позволив себе чуть-чуть наглости, взял её руку в свою, — Ведь я тебя люблю.
— И я, — подняла взгляд Сыльги, посмотрев печальными глазами в мои.
— Я помогу тебе! Я выбью всю дурь из этого человека! — сжимал я со всей дури кулаки, что на костяшках белела кожа.
— Не стоит, — помотала головой она, — Лучше не стоит марать об него руки.
— Но оставить все так я не могу!
— И что ты сделаешь, помимо того, что изобьешь его? — посмотрела на меня как на дурочка, — Я не хочу расстраивать маму, — прикусила губу Сыльги, сдерживая эмоции.
— Тетушка тебя поймет! Расскажи ей все сегодня же, — настаивал я.
— Мне надо возвращаться домой, иначе он что-то заподозрит, — словно с испугом произнесла она, переводя тему.
