Но вот вчера со мной связался Павел, и сообщил что Тимоха в больнице после встречи с Максимовым. Решать что-то с вероломным бывшим другом по телефону не имело смысла. Но его давно пора осадить, и запретить тому влезать туда, куда его не просят.
- У тебя такое выражение лица, что даже камикадзе бы испугались и выбросились с самолёта, - хохотнул Тёма.
Я лишь тяжело вздохнул, пытаясь отвлечься от того сумбура что творился в моей голове.
- Зачем со мной полетел, раз тебя выражение моего лица не устраивает?
- Ну как это зачем?! А вдруг ты кого убьёшь, кто ж тебе тело прятать помогать будет? – всё ещё усмехался друг. – Виталине звонил? – поменял он тему разговора.
- Нет, не вижу пока смысла. Пусть думает, что она такая невъебенная, смогла бросить демона первой, - ухмыльнулся я.
- А ты что? Вернёшь девушку, и бросишь первым? - ухмыляясь приподнял свои тёмные брови друг.
- Нет, - оскалился я в предвкушающей улыбке, - женюсь.
- М-да, нестандартный у вас с отцом подход в выборе в спутницы жизни, - покачал головой друг, убирая всю весёлость и шутливость со своего лица.
- Ну ты от нас недалеко ушел, - хмыкнул я, отворачиваясь в иллюминатор.
Да, решение женится на этой взбалмошной девчонки я принял в тот момент, когда чуть не вырвал всю свою шевелюру, метаясь по своей спальни, осознавая насколько сильно она меня бесит. В тот момент я понял отца, и его фразу, относительно его отношений с матерью, перед их свадьбой: - «когда я осознал, что хочу её придушить, сразу понял, что женюсь на ней, даже если она против».
Я дам Виталине видимость что она командует парадом, но это будет только видимость.
Мы приземлились в аэропорту, и я сразу связался с Максимовым, отодвигая всю ситуацию с Витой на второй план. Время близилось к ночи, и мы договорились с ним встретиться на аукционе у Генри, видите ли прохвост обещал, что у него есть эксклюзив, от которого многие придут в восторг.
Мы с Тёмой сразу направились в логово порока и разврата, не замариваясь душем и прочим. Туда мы ехали не развлекаться, и задерживаться на долгого не собирались. Из-за пробок, в один из популярнейших ночных клубов, что принадлежал Генри, мы добрались уже затемно. Поездка изрядно вымотала, и не сговариваясь, войдя в помещение с громкой музыкой, мы с Тёмой сразу направились к барной стойке, где чуть позже к нам присоединился и Максим.
Обычное тёмное помещение с верандой на втором этаже с которой можно наблюдать танцпол, и полуголые девицы, танцующие везде, куда можно только залезть. Хотя танцем извивание своим телом как змея под любой ритм музыке назвать было сложно.
- А вы не торопились? Неужели вам неинтересен сюрприз Генри? – заказывая себе пиво спросил Макс.
- Совершенно похуй. У меня к тебе разговор, Макс… - уже перешел я к делу.
- И зря, он оставил его на десерт. То есть через пару минут мы узнаем кто эта богиня, что сегодня продаст нам смертным своё тело, - перебил меня Максимов.
- Блять, Макс, мне срать на очередную шлюшку что готова продать себя подороже. Меня интересует какого хуя ты полез в мои дела, - в то время пока я пытался выяснить отношение с бывшим другом всё вокруг пришло в движение и на сцене появился Генри, отправив оттуда в зал танцовщиц развлекать публику. Мою речь прервало то, что я услышал краем ухо от стоящего на сцене своё имя, и на автомате повернулся туда, куда и заинтересованно смотрел весь народ.
А посмотреть было на что. Портьеры закрывающие заднюю часть сцены начали разъезжаться, но я уже, как и все могли увидеть ту, что сидела на краешке кресла, одетая в чёрное неглиже, и смотрела на свои сжатые в замок на коленях руки.
- Ахуеть, демон, - повернул ко мне голову Макс, - это что шутка такая?
Вопрос Максимова я проигнорировал. Да и ответить я на него просто не мог. Стоял и охуевал от происходящего, в прямом смысле этого слова. Выкрики от начальной суммы, которой обозначили сто евро, не унимались. Генри хохоча, отметил что каждый хочет прикоснуться к тому, что когда-то принадлежало демону. А я боролся с единственным желанием чтобы не подняться на сцену и не придушить ту, что сидела там, и тупила в пол своим взором. И я уже сделал шаг в перёд, когда голос Макса привёл меня в чувства.
- Тысяча евро…
Глава 15
Каждый шаг давался мне все тяжелее и тяжелее, красная ковровая дорожка, словно насмешка, вела меня в стоящие на середине сцены кресло. До которого я дошла на негнущихся ногах, и просто рухнула в него от слабости. Сейчас я была рада тому, что пока никто меня не видит, и ещё была возможность бежать.
