Узкая тропа, начинавшаяся тут, сначала круто шла вверх, почти достигая вершины трехсотфутового утеса, а затем петляла на протяжении полумили, спускаясь к каменистой равнине, переходившей ближе к морю в усыпанный крупной галькой пляж. Место, выбранное Ар'кастом для своего тайника, было скрытным; узкий карниз, с которого открывался вход в пещеру, нависал над морем и заметить его с берега было невозможно. Однако тропа, что вела сюда, тянулась меж пропастью и скалистой стеной и кое-где не превышала в ширину ярда; Блейд сразу прикинул, что протащить по ней израненного человека будет нелегко. Впрочем, строить гипотезы на сей счет еще не стоило; вдруг Ар'каста всего лишь прижгли пару раз под мышками, и он вполне сумеет двигаться сам…
Спустившись вниз, странник внимательно огляделся. Тропинка терялась меж камней, и он сложил в самом ее начале приметный столбик из плоских гранитных обломков. Утес, вздымаясь отвесной стеной, уходил к морю, до которого было шагов двести; Блейд с удовлетворением убедился, что тут хватает каменных глыб, и малых, и больших, и совсем огромных, чтобы спрятать целую роту. Значит, он не ошибся, избрав местом предполагаемого свидания ту точку побережья, где пляж и равнина за ним упирались в скалу. Заблудиться здесь было невозможно; прохода на запад вдоль берега моря просто не существовало. Каменный лабиринт у подножия утеса позволял ждать встречи в покое и безопасности.
Вчера ночью, едва он успел перекусить и немного размяться после пятичасового перелета, как Хейдж вышел на связь. Блейд кратко описал обстановку: многолюдный портовый город, море — на севере, с востока -равнина, с запада — горы, прибрежные утесы встают из самой воды. По его прикидке, от окраины Катампы до скал было миль двенадцать-пятнадцать; где-то южнее проходила дорога, оживленный тракт, который вел к рудникам.
Гонец от Хейджа — вернее, переселенец, навсегда покидавший свое изношенное тело, — должен был завладеть наиболее подходящей ему плотью, предоставленной одним из обитателей Катампы. Сам Блейд в этой операции служил, как и раньше, ориентиром, указателем места; но, в отличие от прошлых случаев, сейчас у него под боком находился целый город, совершенно незнакомый и враждебный. Считая солдат и моряков, тут было тысяч двести мужчин подходящего возраста, и его коллега мог вселиться в любого — на южной, западной или восточной окраине Катампы, а также в одном из многочисленных воинских лагерей.
Блейд передал четкие инструкции: двигаться вдоль берега моря на запад до самых скал, спрятаться и ждать. Он также велел сообщить ожидаемому гостю, чтобы тот сразу после переноса притворился пьяным или сымитировал желудочные колики — любую достаточно вескую в глазах окружающих причину, по которой крепкий мужчина вдруг свалился наземь. Собственно говоря, за гостя не приходилось беспокоиться. Едва он окажется в новом теле и чуть-чуть придет в себя, как может назвать пароль возврата; этот человек отправлялся сюда за новым телом, а не за сильными ощущениями. Блейд, однако, хотел встретиться с ним.
Он повернулся к морю спиной и двинулся по равнине, пробираясь вдоль подножия скалистой гряды, и минут через пятнадцать очутился на ровном широком тракте, выходившем из ущелья и тянувшемся на восток, к городу. В этот ранний час дорога была безлюдна; путник отшагал миль семь, пока его не нагнал какой-то смуглый и полуголый местный фермер с тележкой, полной овощей. Эту двухколесную колымагу тащила пара осликов, и Блейд тут же отяготил их собственным немалым весом. Крестьянин, которому выпала честь довезти ксамитского сотника до центрального рынка Катампы, остался весьма доволен мелкой серебряной монетой и, не задавая лишних вопросов, разъяснил бравому воину, где тут что — торговый порт, десяток центральных улиц и площадей, цитадель ад'серита, храмы светозарного Эйда, городская тюрьма, самые богатые дворцы, кабаки и бани с голыми девушками. На девушек Блейд не соблазнился, зато тюрьму и цитадель осмотрел со всех сторон, после чего нанял паланкин с шестью носильщиками и велел доставить себя в Сады Радости на южной городской окраине.
В Садах, являвших собой некий симбиоз варьете, ресторана и гостиницы для состоятельных путешественников, он отобедал. Место это, площадью с четверть мили, напомнило ему Хораду: роскошный парк, в котором стояли уютные дома для постояльцев с полным комплексом средневековых услуг. Тут были прачечная и швейные мастерские, целая улочка с ювелирными лавчонками, кузня, где подковывали лошадей и точили клинки, конюшня и, разумеется, великолепные бани с девочками. Блейда потчевали в павильоне, увитом виноградными лозами; прямо перед ним журчал фонтан, и три стройные танцовщицы услаждали его взор ритмичным покачиванием грудей и бедер. Стоили все эти удовольствия золотой.
