LOUNA. Грязные гастроли полностью

Ваня часто приглашал их на свои концерты, где он играл с другими группами. Это были обычные альтернативные «солянки» в небольших клубах с посещаемостью до ста человек. Чуваки всегда сливались от таких приглашений, но, когда на последней репетиции Ваня позвал их на концерт в клуб ХО, они чуть ли не хором сказали: «Да! Мы придем! Конечно!» Выглядело это подозрительно.

– Тогда арт-директором ХО была Таня Данилова, Мишель, мы с ней хорошо общались, – Луся уже села на свое место и теперь кричит через два ряда сидений. – Я ее попросила выделить нам какое-то место, чтобы мы могли спокойно пообщаться. Мол, нам надо важную беседу провести с одной из играющих групп. Мишель сказала, что это не проблема, и забила нам столик на втором этаже.

Жутко нервничая, Луся, Вит, Рубен и Сергей сели за предварительно забронированный стол. Чтобы выглядеть хоть немного естественнее, они заказали по пиву. Пока Ваня ходил, решал какие-то вопросы перед концертом, они панически совещались. Кто будет говорить? Нервяк над их столом был такой, что, залети туда муха, она бы моментально сошла с ума и утопилась в пластиковом стакане «Балтики». Когда Ваня пришел и сел на свободный стул, слово взял Сергей Понкратьев. Он страшно волновался.

– Вань, ты помнишь, мы говорили, что ты с нами не на постоянку? – начал было Сергей. – Ну вот… Мы нашли нового барабанщика… Но только ты не обижайся… Давай, чтобы это было все по-дружески…

– Блин, чуваки! Да нет проблем! Чего вы паритесь-то? – сказал Ваня. – Вообще не вопрос, честно! Вы все правильно делаете, так и надо! Вам надо двигаться вперед!

Все, кто сидел за столом, синхронно выдохнули и мысленно скинули с плеч двадцатикилограммовые рюкзаки. Сразу оживились, стали смеяться и поднимать бокалы за классного парня Ваню Мартынова и взаимный творческий прогресс. Столб негативной энергии над столом рассеялся, метафорическая муха в пиве ожила, взмыла вверх и, не понимая, что это сейчас было, улетела в сторону сцены.

Иван Мартынов

Мне в то время рок-движ переставал быть интересен, и я с головой погружался в электронное музло. Но не скрою: я рассчитывал, что мы будем делать что-то более экспериментальное, нежели то, что вышло в итоге. Это добило мои остатки мотивации, что было видно, думаю, парням и Лу. Когда ребята сказали, что нашли, наконец, барабанщика, я испытал радость и даже некоторое облегчение. Понял, что они реально готовы двигаться дальше и я им больше не нужен.

Рассказ о неслучившемся конфликте прервает девушка с тележкой. Она катит ее по центральному проходу, продавая кофе, чай, водичку и бутеры из вагона-ресторана. Появление крупного предмета на колесах вносит сумбур в наши ряды. Во-первых, часть народа тусит в проходе, а во-вторых, поток воспоминаний в мозгах музыкантов вытесняется первичными инстинктами. Все срочно осознают, что последний раз они ели несколько часов назад и то неплотно. Покупают у нее растворимый кофе, воду, бутерброды, а я прошу черный чай в удобном пенопластовом стаканчике.