— Они использовали дикую магию, — твёрдо и холодно ответила Лукия. — У меня есть веские основания так думать, но пока что я не стану их называть. Посуди сама, дикая магия легко объясняет неполадки в работе автомобиля, даже прорыв топливного бака. И всё же представить, что они решились обречь нас на такую ужасную смерть…
— Они? — Сердце забилось быстрее. — Неужели ты уже нашла виновника.
Анна спрятала глаза, прикрыла ладонью рот. Лукия поджала губы. Её пальцы беспокойно зарылись в складки шерстяной кофты.
— Пожалуй, хватит на сегодня об этом. Лучше поговорим о чём-нибудь хорошем.
Она переменилась в лице, просияла, словно только что мы обсуждали вовсе не аварию, а последние сплетни, собравшись всего лишь на очередные девичьи посиделки.
— Я хочу послушать про агентство! Про других странников. Бертран рассказывал мне, но совсем немного. У вас ведь Лайонел Холт работает, да? Он правда такой замечательный, как о нём говорят? А другие странники какие? Расскажи! Я так хочу узнать о вас побольше!
Резкая смена настроения привела меня в растерянность. Однако у меня не было другого выбора, кроме как исполнить её просьбу. Проглотить появившиеся вопросы, подыграть ей и начать с радостью рассказывать о своих коллегах и друзьях. Пусть даже в тот момент это казалось совершенно неправильным.
Моими историями Лукия была очарована. Хотя на мой взгляд, очаровываться в них было нечем. Ненадолго я забыла, что сижу в обществе двух принцесс. И вспомнила, что в этом мире не являюсь обычным человеком.
— Кажется, вам пора закругляться, — сказал Бертран и кивнул на двери. — Катерина идёт.
Не успела я осознать услышанное, как она вошла в оранжерею. «Законодательница моды», — назвала её однажды Франтишка. И правда, такие складчатые юбки до колен и свитера с высокими воротниками я часто видела на улицах и по телевизору. Даже слишком часто. Стукнув каблучками зелёных, в тон свитеру, туфель, Катерина ласково произнесла:
— Лулу, Нана. Уже поздно. Думаю, вашей гостье самое время возвращаться домой.
— Но, Кати, мы только-только заговорили о самом интересном. Дашь нам ещё несколько минут? — Лукия невинно хлопала ресницами, но кулаки её были сжаты.
— Нет, Лулу, — отрезала Катерина и покачала головой. — Вам с Наной давно пора отдыхать. Помнишь, что сказал доктор?
— Тишина и покой после восьми вечера, — тихо ответила Анна.
— А сейчас почти девять. Давайте по своим комнатам, пока я не рассердилась.
— Необязательно обращаться с нами как с детьми.
Анна встала и медленно зашагала в сторону галереи. Лукия тоже поднялась, но задержалась возле меня. Взяла мои руки в свои, стиснула пальцы.
— Спасибо, что пришла сегодня. И что выслушала. Это много значит для меня, правда.
Она хотела сказать что-то ещё, но не осмелилась. Опустила плечи и, не попрощавшись, поспешила следом за Анной. Бертран лишь проводил их взглядом, оставшись стоять на месте.
— Вам лучше уйти, — обратилась Катерина ко мне, беззлобно, но до того холодно, что волосы на моём затылке зашевелились. — В девять выпускают собак. Будет досадно, если кто-то из них на вас набросится. Они надрессированы атаковать чужаков.
— Я провожу гостью, — сказал Бертран. — Со мной волноваться о собаках не придётся.
— На ваше счастье, подбитые птицы их не интересуют.
Воздух потяжелел. Я набросила пальто и первая направилась к выходу, лишь бы скорее покинуть оранжерею.
— Очень надеюсь, у вас нет дурных намерений, — остановил меня ледяной голос Катерины. — Лукия наивная и доверчивая девочка, к тому же впечатлительная. Если я узнаю, что вы воспользовались её расположением в личных целях — будьте уверены, ваш особый статус как странницы не спасёт вас. Потворствовать её глупым затеям я бы на вашем месте тоже не стала. Мало ли, как это растолкуют. Полагаю, лишние проблемы вам не нужны.
Она снисходительно улыбнулась, ожидая ответа. Но я не могла произнести ни слова.
— Ваше высочество, если я правильно понял, вы хотели, чтобы гостья поскорее удалилась. Предлагаю на этом закончить разговор, — вступился за меня Бертран.
— Конечно. — Довольство сошло с лица Катерины. — Не смею более вас задерживать.
Оказавшись на улице, я едва не рухнула на землю. Колени тряслись. Бертран подошёл ближе и протянул мне руку.
— Забудь всё, что она сказала. Ничего, кроме лишних тревог, это тебе не принесёт, поверь.
Бертран был на стороне Лукии. И на моей стороне. Потому я с благодарностью опёрлась на его руку.
— Часто ты выслушиваешь такое?
Он вздохнул, поднял глаза к небу.
— Чаще, чем хотелось бы.
— И ты так спокойно это терпишь?
— К сожалению, Марта, у меня нет выбора.
Свет из окон приятно золотил его смуглое лицо. Но блики быстро меркли в глазах.
— Придёшь на вечеринку к Лайонелу?
— Он меня, конечно, пригласил, — задумчиво протянул Бертран. Продолжать он не спешил. — Не знаю. Как я уже говорил, я не сотрудник агентства.
— Пусть так. Но для Лайонела ты в первую очередь друг, разве нет?
— Друг… — Казалось, ему сложно было произнести это вслух. — Друг, значит.
— Я тоже буду рада, если ты придёшь.
Бертран глянул на меня, и губы его тронула улыбка.
— Раз так, то я подумаю.
