Кряхтя и постанывая, я прищелкнула пальцами – и под потолок взмыла яркая магическая искра. Ее свет пребольно ударил по глазам, и, негромко выругавшись, я торопливо притушила ее до приемлемого уровня. Затем с опаской повела головой из стороны в сторону, после чего с нескрываемым облегчением вздохнула.
Да, я и впрямь была в своем новом жилище. Более того, лежала на кровати прямо в платье. Видимо, после посиделок с вином сил раздеться у меня не осталось.
Опасливо охлопав себя руками, я вновь обрадовалась. Никакого беспорядка в виде распущенной шнуровки корсета или расстегнутого лифа не наблюдалось. Стало быть, никаких вольностей в моей адрес Маркус не допустил.
– Ну и почему я позор? – спросила я неведомого собеседника. – Подумаешь, перебрала немного. С кем не бывает.
– С настоящей ведьмой такого не должно бывать! – гаркнули из самого темного угла, куда не достигал свет искры. – Ага, перебрала она немножко. Или напомнить, как этого гада поцеловать пыталась на крыльце?
Сердце болезненно сжалось. Я? Пыталась поцеловать Маркуса? Сама?
– Да врешь, – потрясенно выдохнула я. – Быть того не может!
– Тогда подойди к зеркалу да сама посмотри, – ядовито посоветовали из тьмы.
Я тут же вскочила на ноги. Правда, почти сразу бухнулась обратно, почувствовав, как от слишком резкого движения тошнота опасно подкатила к горлу, а пол в комнате предательски закачался.
Сколько же я выпила вчера, раз до сих пор не до конца протрезвела? Вообще-то, ведьмы от обычных людей отличаются как раз очень быстрым метаболизмом. Недаром в Темные века в инквизицию на допросы доставляли исключительно стройных и привлекательных женщин. До сих пор считается, что ведьма лишним весом обладать не может.
На самом деле, еще как может. Но, не скрою, съесть без риска для талии мы способны гораздо больше.
Я посмотрела в окно, за которым небо уже окрасилось в нежные розовые тона скорого рассвета. Хм-м… Любопытно, а во сколько я пришла домой-то?
– Иди, иди сюда, – грозно приказал мой невидимый собеседник. – Полюбуйся на себя, красавицу.
Во второй раз я поднялась на ноги гораздо медленнее и осторожнее. Скривилась от очередного приступа головной боли, но все-таки сделала пару шагов к трюмо, которое стояло у противоположной стены.
Магическая искра послушно последовала за мной, плывя над плечом. И в старом зеркале отразилась я собственной персоной.
– Фу, жуть какая! – Я страдальчески скривилась, разглядывая свое отражение.
Да уж. Выглядела я и впрямь преотвратно. Рыжие волосы, которые, понятное дело, я на ночь не расчесала, стояли дыбом. Под глазами – темные круги от осыпавшейся туши. Кожа такая бледная, что аж в зеленый оттенок уходит, гармонируя с цветом глаз.
– Это еще не жуть, – зловеще предупредили меня. – Жуть сейчас будет.
И отражение послушно пошло рябью. Мгновение-другое – и я вдруг с удивлением лицезрела крыльцо своего дома. В серебряном лунном свете было прекрасно видно, как от калитки меня ведет Маркус, бережно поддерживая под локоть и недовольно хмурясь при этом.
– Прости. – Я в отражении вдруг пьяно захихикала и остановилась. Потянулась к Маркусу, явно желая прильнуть к нему.
Инквизитор страдальчески вздохнул. Ловко перехватил меня за оба запястья, вежливо, но непреклонно высвободившись из объятий.
– Тесса, мы почти пришли, – проговорил он серьезно. – Вот твой дом. Иди спать.
– А ты не хочешь зайти ко мне на бокальчик вина? – томно растягивая слова, спросила я и лукаво подмигнула.
Это я вчерашняя и нетрезвая думала, что лукаво. На самом деле выглядело это так нелепо, что у меня сегодняшней и похмельной от стыда запылали щеки.
– По-моему, вина тебе на сегодня хватит, – мягко сказал Маркус.
– Ну пожалуйста! – противно заканючила я. – Маркус, ты такой лапочка! Ты ведь мне с первого взгляда очень понравился.
– Я заметил. – По губам инквизитора скользнула настолько самодовольная ухмылка, что огонь смущения перекинулся у меня и на уши.
– Ага! – с готовностью подтвердила я. – Ты такой был внушительный, такой грозный, что… что…
И вдруг громко икнула. А затем опять и опять.
– Тесса. – Маркус тяжело вздохнул. – Давай продолжим этот разговор завтра. – Сделал паузу и чуть слышно добавил: – Хотя вряд ли ты об этом завтра вспомнишь.
– Я хочу сегодня! – возмутилась я и топнула ногой. Опять заныла: – Маркус, ну пожалуйста. Ты ведь слышал про то, как мне изменил жених. Неужели тебе меня совсем-совсем не жаль?
И принялась кокетливо накручивать на палец локон.
– Тесса, поверь, завтра ты скажешь мне спасибо, – заверил меня Маркус, после чего с самым решительным видом поволок чуть ли не насильно к крыльцу.
Я повисла на инквизиторе всем весом своего тела, продолжая безостановочно икать.
В этот момент картинка в зеркале расплылась. Неужели все? Счастье-то какое! По вполне понятным причинам, мне более чем хватило увиденного. Как бы от стыда сквозь пол не провалиться.
Но мои чаяния не оправдались. Отражение вновь прояснилось. Теперь я и Маркус стояли около входной двери.
– Точно не зайдешь? – спросила я, уставившись на инквизитора умоляющим взглядом.
– Точно, – холодно прозвучало в ответ.
