И он бросился на Мелькора, яростно и ни о чём не думая. Раньше, в покоях Майрона, он нарочно заставлял себя переключиться на что-то иное, когда ловил себя на том, что начинает обдумывать будущий поединок. Задуманное никогда не получается в точности, говорил он себе, а раздумья и попытки осуществить заготовленный план могут отнять драгоценные мгновения. Мелькор замахнулся своим молотом, но Финголфин успел увернуться — и ударил мечом, метя в глаза. Светлая, бело-розовая половина лица Мелькора, на которой не было шрамов, окрасилась кровью: Финголфин разрубил ему щёку.
Реакция его была совсем не такой, как ожидал Финголфин — она заставила его растеряться.
Мелькор опустил меч, достал из-за пояса зелёный платочек и вытер щёку. Он теперь не ярился, как во время их прошлого поединка: он смотрел на Финголфина с холодным любопытством, как на упавшую в бочку мышь.
— Жаль, что Эол не сковал мне меч, — сказал Мелькор. — Очень жаль. Попробую обойтись без него. Но это нарушило мои планы.
— Так ты из наших мечей хотел сковать себе меч? — насмешливо спросил Кирдан, взявшись за рукоять Ангуирэля. Он медленно подошёл к Мелькору.
— Прочь, Кирдан, — отмахнулся Мелькор.
— Это почему? — спросил тот.
— Прочь, я сказал. Или ты хочешь, чтобы я раздробил тебе череп сразу? Его уже никто не соберёт. — Мелькор махнул в его сторону молотом.
Кирдан встал между Мелькором и Финголфином.
— Кирдан, ты не… — начал было Финголфин.
— Отойди, Ноломэ, — сказал вдруг Кирдан так резко, что Финголфин действительно отшатнулся. — Ты уже сражался с ним. Снова действительно не стоит начинать.
— О, это эльфийское великодушие! — воскликнул Мелькор. Он подбросил молот к крыше зала и легко поймал его тремя пальцами — левой рукой. — К сожалению, у меня нет времени на ваши мелодрамы. Майрон, наверно, повеселился бы над всем этим, но я устал от тебя, Финголфин. Ты — никому не нужное, жалкое дитя этого мира. Как ты смеешь не то что мешать мне — как смеешь иметь даже суждение о моих замыслах?
— Дедушка, а ты бы правда отошёл подальше, — сказал тихо из-за колонны Маэглин. — Пожалуйста…
Кирдан медленно достал из ножен Ангуирэль. Железо, из которого был скован этот клинок, имело странный красно-чёрный оттенок: оно было тёмным, но в то же время иногда загоралось зеркальными всполохами.
— Кирдан, по-моему, тебе ведь уже много лет, — сказал Мелькор. — Неужели ты действительно решил отдать свою жизнь именно сейчас?
— Да, — ответил Кирдан. — Лет мне и вправду очень много, повод действительно не слишком уместный, и думать надо было раньше. Но когда-то нужно было это сделать.
— Ты пожалеешь, что Финголфин в последний момент всё-таки позвал тебя, — сказал Мелькор.
— Не Финголфин в последний момент позвал меня, — ровным голосом ответил Кирдан.
Он со звоном отбросил ножны; они покатились по полу, и Маэглин подобрал их.
Мелькор перехватил молот обеими руками.
Финголфину показалось, что Мелькор стал выше ростом — как во время их поединка. Но как это могло быть? — ведь Майрона, который придавал ему грозный облик, уже не было… Вдруг Финголфин понял, что задыхается — ему не хватало воздуха, ноги стали подкашиваться, сердце колотилось, как будто он пробежал бегом несколько миль. Поднять свой меч он не смог бы; сил хватало только на то, чтобы, не упав, пройти два шага, которые отделяли его от Кирдана и встать по левую руку от него.
Что же это?..
— Что может сделать мне старый бородатый эльф! — закричал своим высоким, мальчишеским голосом Мелькор и замахнулся своим молотом.
Мелькор ударил; поднятый меч Кирдана не шелохнулся; вылетело несколько алых искр, а сам Мелькор от отдачи прокатился назад по гладкому чёрному полу.
— Идиот, — презрительно сказал Кирдан. — Идиот, — голос Кирдана изменился.
Изменился на мгновение раньше, чем его внешний вид. На мгновение раньше, чем крыша тронного зала с чудовищным грохотом разломилась надвое и полетела вверх.
— Мелько, ты разве не знаешь, что у эльфов не бывает бород?
Исчезли пурпурный плащ Кирдана, его седые волосы и борода. Растаяло без следа лицо, к которому так давно привык Финголфин и остальные жители Средиземья. Ни доспехов, ни тяжёлых сапог, ни рукавиц.
Огромную рукоятку Ангуирэля легко держали тонкие девичьи руки.
Руки высокой девушки в тёмно-сером платье с красным поясом, которая когда-то, давным-давно, разговаривала с Финголфином, сидя на заборе у его родного дома. Её чёрные волосы были коротко острижены и смешно торчали в стороны.
Варда, Королева Звёзд.
— Что ты тут делаешь?! — завизжал Мелькор. Наверное, ему не случалось кричать громче с тех пор, как на него напала Унголианта.
Она не ответила. Звёзды загорались над её головой в стремительно черневшем небе.
— Я же догадался, что это ты попросила тогда, после нашего поединка, послать орла, чтобы тот вытащил его останки, чтобы изуродовал мне лицо! И его сына и сына Феанора тоже вытащила отсюда ты! — с отвращением выплюнул Мелькор. — За что?! Почему? Зачем они тебе сдались?! Уйди! Не хочу ничего слушать!
