Ловкий ход полностью

ФИЛУЧЧО. Синьорина Кьярина, ваш слуга! Синьора Матильда, мое нижайшее почтение (Потом деликатным жестом вынуждает Пуммаролу остановиться) Подожди! Куда идешь? Не видишь разве, кто сзади тебя? (И в самом деле, Пуммарола не заметил, что за его спиной стоит Мария, горничная в семье Савастано) Женщина! Сними шапку и держись, как пристяжная лошадь. (Галантно) Донна Мари, извините его… Это человек простоватый, как говорится, от земли, еще не отесан. Он из Марчано — такое село под Неаполем. (Призывая Пуммаролу к должному чувству уважения, которое каждый человек обязан питать к женскому полу) Запомни: каждый шаг женщины священен. Женская нога не терпит никакого превосходства и имеет право всегда и беспрепятственно ступать куда угодно. Входите, Мария. Он просто мужлан.

МАРИЯ(очень молода, очень хороша) А мне-то что — раньше, после…

КЬЯРИНА(проявляя выдержку). Мария, наконец-то…

МАРИЯ(оправдывая свое опоздание). Столько народу там было… Мне так и не удалось поговорить… Соединить-то меня соединили, ведь я же заплатила восемьсот лир… Восемьсот лир, чтобы поговорить по телефону с хозяином табачной лавки в Казерте. Видно, он не успел сходить к моей сестре. А синьорина с телефонной станции спрашивает в трубку: «Удваиваете разговор?» Я сказала — нет, и ушла.

КЬЯРИНА. И ты не могла спросить у сестры, как себя чувствует мама?

МАРИЯ. Да я растерялась. Когда разговариваю по телефону, всегда теряюсь. А когда вернулась, нашла телеграмму. Маме лучше. А еще вчера я думала, если не будет больше никаких известий, попрошу у вас разрешения и уеду. (Показывая пакетик) Вот купила белую пряжу. (Пуммароле) Пойдем, Пуммаро.

И Пуммарола сворачивает налево, не ожидая, пока пройдет вперед Мария.

ФИЛУЧЧО(сердито обращаясь к нему). Ты куда?

ПУММАРОЛА(не понял хозяина) Куда надо, дон Филуччо, на кухню.

ФИЛУЧЧО. А что я тебе только что говорил?

ПУММАРОЛА. Что вы мне только что говорили?

ФИЛУЧЧО. Женщина…

ПУММАРОЛА. Какая женщина?

ФИЛУЧЧО. Шаг женщины…

ПУММАРОЛА(утратив терпение). Дон Филуччо, мне немало достается и от мужских ног. Трудно стоять по стойке смирно, так что я лучше пойду (И уходит налево, за ним Мария).

ФИЛУЧЧО. Ну что за невежа!

МАТИЛЬДА(направляясь к выходу). Филу, мне нужен пучок травы и килограмм баклажан.

ФИЛУЧЧО. Будет подано!

МАТИЛЬДА(Кьярине) С вашего позволения. (уходит)

ФИЛУЧЧО. Синьорина Кьярина, а вы лето любите?

КЬЯРИНА. По мне так все сезоны хороши.

ФИЛУЧЧО. Разве вы не купаетесь?

КЬЯРИНА. Я не умею плавать, и скверно себя чувствую в воде.

ФИЛУЧЧО. Как-нибудь утром, если, конечно, позволите, если окажете мне такую честь, я свезу вас в Лукрино… Там можно несколько километров идти по самому берегу вдоль воды, волей-неволей хочется искупаться. И я научу вас плавать. Это я запросто делаю. К тому же со мной вам нечего бояться. В воде я как императорская рыба-игла. (Проникновенно) Съездим?

КЬЯРИНА(несколько польщенная). Филу, вы большой шутник.

ФИЛУЧЧО. Нисколько. Я лишь хочу поднять у вас настроение, хочу, чтобы вы немного повеселели…

КЬЯРИНА. И поэтому тратите столько времени на меня? А я рождена быть домоседкой.