Ловкий ход полностью

ФИЛУЧЧО. Шучу? Синьора Матильда, как плохо вы меня знаете. (Постепенно переходя от шутливого тона к серьезному, дает распоряжение Пуммароле, вернувшемуся в этот момент с пустой корзиной). Послушай, Пуммаро, там, в лавке, мой дядя. Скажи ему, что я сейчас же жду его здесь. Быстро, одна нога тут, другая там!

ПУММАРОЛА. Ладно. (Уходит направо).

МАТИЛЬДА(обмениваясь удивленным взглядом с Кьяриной). Ваш дядя?

КЬЯРИНА(с некоторым удивлением). У вас есть дядя?

ФИЛУЧЧО. А что, разве у моего отца не мог быть брат? (Уточняя). Гаэтано Каннаваччуоло, брат доброй памяти моего родителя.

МАТИЛЬДА. И вы зовете его сюда?

ФИЛУЧЧО. Я хочу все сделать в высшей степени основательно и быстро. За полдня я перевернул весь мир. Как только Кьярина сообщила мне столь счастливую новость и сказала, что профессор приезжает сегодня утром, я незамедлительно послал за своим дядей.

МАТИЛЬДА. И этот ваш дядя должен переговорить с профессором?

ФИЛУЧЧО. Разумеется.

МАТИЛЬДА. Простите, но разве вы сами не можете поговорить с ним?

ФИЛУЧЧО. Синьора Матильда, я слишком впечатлительный человек. Под внешностью скромного продавца овощей и фруктов таятся робость и чистота изысканной души. По правде говоря, в присутствии профессора я немного теряюсь. Ведь сюда наверх я всегда поднимался только, чтобы принести корзину с овощами и фруктами, и нередко встречал профессора — «Добрый день, добрый вечер…» и закрывал дверь. Хотите, чтобы теперь я ни с того ни с сего явился к нему и заявил: «Блюдо готово, остается сесть за стол и признать себя родственниками»?

МАТИЛЬДА. Но все и на самом деле обстоит именно так. И мне кажется, что такой решительный молодой человек, как вы…

ФИЛУЧЧО. Я только кажусь им, синьора Матильда… Только выгляжу решительным, и у вас, как вы говорите, складывается такое впечатление. Но по существу я очень застенчивый человек. Отца не стало, когда мне было всего двенадцать лет. Мне еще только с ребятами играть. А на меня в таком возрасте свалилась вся ответственность за лавку, за маму, которую едва не пришлось отправить в больницу для душевнобольных, так она страдала. И мы оказались без всяких средств, потому что отец не оставил нам ни одной лиры… Лавка и дом, дом и лавка. Ну где же мне найти время на друзей, как научиться общению с людьми? Вот всем этим и объясняется моя застенчивость.

МАТИЛЬДА. А что брат вашего отца?

ФИЛУЧЧО. Дядя Гаэтано?

МАТИЛЬДА. Ну, да. Разве он не мог приехать к вам и помочь?

ФИЛУЧЧО. Видите ли, дядя Гаэтано, конечно, приехал, и поначалу занимался лавкой. Он и сейчас еще интересуется счетами, как ни как, человек образованный… Иногда составляет компанию моей старенькой маме.

КЬЯРИНА(заботливо). Как она себя чувствует?

ФИЛУЧЧО. Со здоровьем у нее все в порядке, а вот с головой… Все время думает об умершем муже: дома, в церкви, на кладбище.

МАТИЛЬДА. А ваш дядя что делает?

ФИЛУЧЧО. Он занимается сельским хозяйством. Хорошо знает землю, удобрения… (как бы приводя пример). Говорит: «Сколько тут га? Ясно, значит, требуется столько-то того-то и столько-то того-то… Этот посев тут не поднимется, а вот там — да…»

МАТИЛЬДА. Специалист по сельскому хозяйству.

ФИЛУЧЧО. Ну да. Мог бы зарабатывать сколько угодно, но если вы намекнете ему на это, он ответит: «Хочу зарабатывать лишь столько, сколько мне нужно на жизнь, и все». Он не женат…

МАТИЛЬДА. Холост…

ФИЛУЧЧО. Красивый мужчина. Ему пятьдесят два года. Он хотел видеть своей женой лишь одну единственную женщину. Но она его отвергла, и с тех пор он больше и слышать не хочет о женитьбе. (Звонит колокольчик у входной двери). Это он.

КЬЯРИНА(с тревогой). Но может быть и Лоренцо…

Тем временем Мария входит слева и проходит прямо в дверь напротив — направо.

МАТИЛЬДА. Не думаю. Во сколько он должен приехать?

КЬЯРИНА. В девять тридцать.

МАТИЛЬДА(смотрит на наручные часы). Сейчас девять тридцать пять… Чтобы доехать с вокзала сюда…

МАРИЯ(возвращается, вводя Гаэтано Каннаваччуоло). Пришел господин… (и уходит налево).

ФИЛУЧЧО(обеим женщинам). Я же сказал вам… Это дядя Гаэтано. (Затем, обращаясь к входящему мужчине). Дядя Гаэтано, входите.