– Мистер Ливак, вы меня помните?
С минуту Ливак смотрел на меня из-под кустистых бровей. А потом вдруг заулыбался.
– А, вы тот парень с помятым бампером, верно? У меня хорошая память на лица.
Но выражение его лица тотчас изменилось, теперь он смотрел печально.
– Просто ужасно! Слышали, что произошло с той красивой девушкой? Какая трагедия!
Ливак удрученно покачал головой. Он был так искренен в своих переживаниях. И я решил, что доверять ему можно. Да и потом, выбора у меня все равно не было.
– Давайте войдем, мистер Ливак. Мне надо обсудить с вами одну очень важную вещь.
Ливак оглядел прихожую с таким видом, словно только сейчас понял, что держит меня на пороге.
– Да, да, входите. Присаживайтесь. Может, вас чаем угостить?
– Нет, спасибо.
Я вошел и уселся на старый зеленый диван. То было типичное жилище одинокого мужчины, закоренелого холостяка.
– Мистер Ливак, думаю, вам можно доверять. Я попал в крайне неприятную ситуацию, и только вы можете мне помочь.
– Я? Но как именно?
– Я не сказал вам всей правды, ну, когда пришел в первый раз поговорить об Айрин.
– Не сказали?
– Дело в том, мистер Ливак, что я знаю, кто убил Айрин и мужчину, который с ней был. Я прятался в чулане уборщицы, в коридоре, когда ее убивали.
– Тогда вы, должно быть, видели, как выходил убийца?
– В том-то и дело, что нет, – ответил я.
А затем рассказал ему все, что думал об этом ужасном происшествии. Он оказался внимательным и благодарным слушателем, то и дело кивал, и время от времени прищелкивал языком.
– Вот почему я думаю, что именно Брэдфорд убил Айрин и Брюнеля. Уверен, он должен был стать следующей жертвой. Возможно, она посещала именно его занятия, чтоб познакомиться поближе.
Ливак откинулся на спинку кресла.
– Поразительно! Убийство и шантаж в одном флаконе… Словно в телевизионный сериал попал. Но что мы можем сделать, чтобы вытащить вас из этой передряги?
– Мы можем доказать, что Брэдфорд и есть убийца. В тот день, когда Айрин убили, она заходила в квартиру под номером 10F, и кто-то – скорее всего, убийца – открыл ей дверь. А это означает, что у него были ключи… Я предлагаю позвонить Брэдфорду, который заходил в 10F, и сказать ему, что мы знаем об убийствах. Скажу, что хочу встретиться с ним там. А потом мы придем заранее и будем ждать его внутри, запрем дверь на замок. Если Брэдфорд отопрет дверь, значит, он и есть убийца, а ключ – тому доказательство.
Ливак поднялся и положил мне руку на плечо.
– Вы храбрый молодой человек, и я готов вам помочь. Думаю, не стоит, чтобы нас видели вместе. Пойду туда первым, убедиться, что полиции рядом нет. Ну, а вы зайдете чуть позже.
Я выждал пять минут, затем проследовал за Ливаком в квартиру. Полиции видно не было, дверь была распахнута настежь. Ливак ждал меня в спальне.
– Прямо дрожь пробирает от всей этой обстановки, – заметил я.
– Надо же, такая славная девушка! Должно быть, то был шок – увидеть ее здесь в таком состоянии.
Сцена вновь всплыла у меня перед глазами, и я содрогнулся.
– Интересно, где же он прятался? – заметил я.
– Кто? – спросил Ливак.
– Ее сообщник. Я только что сообразил – с Айрин работал кто-то еще. Иначе кто делал все эти снимки? Может, прятался в шкафу?
Я подошел к шкафу, потом обернулся, посмотрел на кровать и сказал:
– Нет. Он был не в шкафу, потому что ракурс совсем не тот. Лица всех мужчин на этих снимках выглядят отчетливо. А это значит, что снимали откуда-то над изголовьем или…
На стене прямо над изголовьем виднелось пятнышко свежей штукатурки.
– Что-то нашли? – спросил Ливак.
– Здесь была дырка в стене, мистер Ливак. Должно быть, сообщник Айрин снимал квартиру по соседству. Просверлил в стене отверстие и снимал через него.
– Через стену? Ну, это вряд ли… А при вас есть с собой хотя бы один снимок, чтоб можно было проверить ракурс?
– Нет. Все фотографии у меня дома. Но я просто уверен, что прав. Если выясним, кто снимал квартиру по соседству, сразу же поймем, кто сообщник Айрин. Возможно, у него имеется даже фотография убийцы.
– Вроде бы, вы говорили, там был и список? Ну, вместе с этими снимками?
– Да. Скажите, мистер Ливак, кто живет в соседней квартире?
– Никто не снимает эту соседнюю квартиру. Она пустует с тех самых пор, как в июне съехали Фостеры.
– Пустует… Тогда, должно быть, он тайком проник в нее накануне ночью или в день убийства. Давайте зайдем и посмотрим, может, сообщник оставил следы?
– Да ничего там нет. Я очень тщательно там прибрался.
– После отъезда Фостеров?
– После убийств. Ну, а потом заделал дырку в стене.
Только тут я заметил в руках Ливака автоматический пистолет. И только тут вдруг вспомнил, что говорил мне Карч. Год тому назад у него была любовная интрижка с Эйлин Стюарт. А когда я в первый раз говорил с Ливаком, тот сказал, что Айрин уже давным-давно не живет в «Бэлморал». Но ведь Айрин должна была жить здесь год тому назад. И получается, что тогда Ливак мне солгал. Теперь стало ясно почему.
– Мистер Брэдфорд никогда не заходил в эту комнату. А вот я – заходил… Мы считали, что мистер Брэдфорд должен навестить Айрин в самом скором времени, но этот Брюнель спутал все карты. Дело в том, что никакая ревнивая жена не нанимала Брюнеля следить за неверным мужем. Брюнель сам был неверным мужем. Он был последним в списке, и не заплатил. Я уже решил плюнуть на него, но тут вдруг ему взбрело в голову выяснить, кто же его так подставил.
Я назначил Айрин встречу – мы должны были обсудить нашу фотосессию с мистером Брэдфордом, – и тут вдруг ворвался Брюнель. Ударил Айрин, она отлетела и ударилась затылком о тумбочку. Ну, он увидел кровь, испугался, наклонился посмотреть, как она; тут я и ударил его пресс-папье и убил. А Айрин, она уже была мертва. А теперь я должен убить вас.
Я схватил с тумбочки тяжелую настольную лампу, успел ударить Ливака по руке, и пуля лишь слегка оцарапала мне плечо. Я налетел на него, как вихрь, и оба мы врезались в стену. Удар чуть не вышиб из него весь дух, но он продолжал сопротивляться. Выронил пистолет, и я начал искать его наощупь правой рукой. А Ливак пытался выдавить мне глаз левой. Я ударил его головой, затем пальцы мои сомкнулись на рукоятке пистолета. Я взмахнул им, намереваясь нанести ему удар именно рукояткой. Но он успел перехватить мою руку и нажал на спусковой крючок. Грянул выстрел, и мистер Ливак медленно сполз по стене с удивленно приоткрытым ртом…
Тройное убийство в «Бэлморал» так никогда и не было раскрыто. Я вернул снимки мужчинам из списка, а те, которые не вернул, уничтожил. Какое-то время я жил в страхе – ждал, что полиция вдруг заявится ко мне в дом, что они начнут расспрашивать о моей соседке. Но этого не случилось. Они продолжали искать ключи к разгадке.
Осенью в жизни моей настали перемены. Я получил работу в Сан-Диего и переехал туда, подальше от этого дома и всех мрачных связанных с ним воспоминаний. А бинокль перед самым отъездом подарил одному своему старому другу. Не думаю, что у меня когда-либо вновь возникнет искушение за кем-то наблюдать.
