Алина вновь энергично закивала. Мюллер протянул ей сумку. Она выудила оттуда флешку с электронной подписью в металлической оправе с гравировкой банка и отдала Кириллу.
Он вытащил из папки чистый лист, вновь протянул ей ручку и заявил:
– Вот и умница. Пиши коды.
Горбунова лихорадочно записала две комбинации цифр и букв по пятнадцать единиц в каждой. Сейчас она была готова на все что угодно, лишь бы прекратился этот кошмар.
– Минут через тридцать ты позвонишь на работу, скажешь, что приболела. Если сделаешь все четко, то твои родные будут живы и здоровы.
Алина вновь кивнула.
– После этого сообщишь домочадцам, что уезжаешь в ваш операционный центр в Подмосковье и вернешься только в понедельник. Телефон там не всегда ловит, так что пусть не волнуются. Отдохнешь под замком у наших знакомых. Через двое суток они тебя отпустят.
Алина что-то промычала сквозь скотч, но Кирилла это не интересовало. Он уже вышел из машины.
Олег, тоже в маске и очках, быстро заглянул в салон и надел на голову пленницы плотный черный мешок.
Маха подошел вплотную к Кириллу.
– Первая часть спектакля сыграна, – театрально произнес тот и спросил: – Твои люди готовы ее принять?
– Ждут, – ответил Маха.
– Хорошо. Скажи им, чтобы они отпустили ее не ранее трех часов дня в понедельник.
– Принял! – Маха кивнул, достал телефон.
– Крюгер! – Главарь банды повернулся к Олегу. – Проследи ее звонки на работу и домашним. Затем отключишь ее телефон и сдашь Алексею. Почувствуешь что-то неладное при разговоре, гаси эту дуру, не раздумывая!
– Базара нет.
Кирилл быстро пошел по улице в сторону стоянки такси.
С момента начала операции время странно изменилось и в его ощущениях тоже. Каждая минута стала казаться Кириллу неестественно перенасыщенной событиями. После того как они захватили Горбунову, прошло не более сорока минут. Но Кириллу они показались вечностью.
«В песочнице все в порядке».
Такое вот его сообщение Кристине означало, что их часть операции удалась. Она могла действовать дальше.
Новая сотрудница, контролер отдела валютных операций, стояла у кофемашины в комнате персонала, расположенной на втором этаже, и наблюдала в большое окно, как машина Инги подъехала к центральному входу.
Параллельно Кристина написала ответное сообщение Кириллу:
«Мария Ивановна приехала на дачу».
По договоренности, заключенной между членами банды, Ингу с сегодняшнего дня они называли Марией Ивановной, Сергея – Иванушкой, банк – дачей, а дом – фирмой.
Кристина видела, как водитель услужливо открыл заднюю дверцу. Сокологорская была в брючном костюме цвета индиго, элегантных туфлях и с большой сумкой в руках. Все это, разумеется, от первоклассных фирм. Ее образ, дополненный спокойным макияжем и горделивой осанкой, произвел на блондинку сильное впечатление.
«На мне все это будет смотреться гораздо лучше, чем на этой суке!» – с завистью подумала Кристина и отправилась наперехват.
– Артем, в двенадцать часов поезжайте за Ксенией. Заберите ее и отвезите домой. Хорошо? – Инга выразительно посмотрела в глаза водителя, прежде чем войти в здание банка.
– Инга Михайловна, Ксюша мне говорила, что поедет с папой.
Было ясно, что водитель не совсем понимает, как ему поступить.
– Делайте так, как говорю я. Ксюша должна вернуться домой! – заявила Инга и, не дожидаясь ответа, вошла в здание банка.
Несмотря на субботу и ранний утренний час, в коридорах уже было много людей. Рабочая жизнь медленно закипала.
Здороваясь с сотрудниками и охраной, Инга проследовала к лифту.
По пути ее нагнал лысеющий, но отчаянно молодящийся мужчина лет сорока пяти.
– Инга, доброе утро!
Довольно игривый тон начальника службы безопасности банка не импонировал Сокологорской. Андрей Борисович не нравился ей в целом, вообще. Он никогда не снимал с лица угодливую улыбку, но глазами улыбаться так и не научился. Долгая служба в компетентных органах сформировала у него мутный взгляд, призванный скрывать ход мыслей. Два года работы в банке расслабили бывшего полковника. Хороший заработок и возможность влиять на людей превратили Андрея Борисовича в вальяжного потребителя жизненных благ.
«Совсем полковник выправку потерял», – подумала Инга и сдержанно кивнула в ответ на приветствие.
Андрей Борисович нажал на кнопку вызова лифта и поинтересовался:
– Слушай, Инга, почему мы все-таки работаем в субботу?
Она оглянулась, дождалась, чтобы сотрудница, проходившая мимо, свернула за угол и не услышала ее ответ, потом произнесла:
– Мне очень хотелось бы, чтобы вы навсегда запомнили наш сегодняшний разговор. Во-первых, Андрей Борисович, мы не переходили на «ты». Ни разница в возрасте, ни ваше должностное положение или социальный статус не дают вам такой возможности. Мне же говорить с человеком, который намного старше меня, в подобной манере не позволит воспитание. Во-вторых, Андрей Борисович, в момент внеочередной проверки ЦБ весь центральный офис банка работает по шестидневному графику. Читайте инструкции! Это является обязательным условием продолжения вашей работы в нашем финансовом учреждении.
