— Нет, — Агнесс покачала головой и вцепилась в стакан так, что пальцы побелели. — Не было никаких зацепок.
— И ты осталась в семье Мирона? — подтолкнула я к продолжению. Спросила, и сама не знала — хотелось услышать, что после у Агнесс все сложилось хорошо, или все еще пыталась выпытать подробности про человека, который сейчас может быть тем самым последователем тьмы!
Девушка грустно улыбнулась, отбросив волосы с лица.
— Лишь ненадолго, — она закусила нижнюю губу. — Его семья жила в квартале бедняков. Я же… Не то чтобы аристократка голубых кровей, но все-таки положением повыше. Отец Мирона хотел меня удочерить, но ему запретили, а меня саму позднее отправили в приют. Здорово же, да? —
съёрничала она, подняв глаза вверх. — Если ты из «этих», то почему-то считается, что лучше торчать в королевском приюте и быть одной среди толпы, чем оказаться в семье, готовой любить и заботиться о тебе…
Я положила руку на плечо девушки, желая поддержать, но Агнесс тут же скинула её.
— Не надо, — едкий тон сменился на жесткий, решительный. — Было и было.
— Все равно, не могу себе представить… — я ощутила, как волна возмущения и негодования нарастает в душе. — Как это — никого не нашли? В смысле, убийцу или убийц… Ты говоришь, что у тебя не простая семья была, неужели дело просто бросили?
— Представь себе. Не могу сказать, что я до сих пор переживаю из-за этого. Раньше переживала, теперь… Теперь понятнее стало. Времена были такие. Купол рухнул, повсюду творился хаос, гражданская война и жуткая паника. Нет ничего ужаснее людского страха. Таких убийств происходило по десятку каждый день… И никто ничего не видел, никогда. А я сама оказалась слишком маленькой, чтобы менталисты смогли посмотреть мои воспоминания и, быть может, найти хоть какую-нибудь зацепку. Так что мне оставалось не так много вариантов. Когда проснулся дар, из приюта меня перевели в академию. Так стала боевым магом. С момента пробуждения дара знала, что хочу быть здесь, чтобы не допустить очередного прорыва. Чтобы больше никто не пострадал, как моя семья. На нас ведь даже не твари напали, а люди, воспользовавшиеся творящимся на улицах хаосом. А, оказавшись тут, вновь встретилась с Мироном. Удивительно, как тесен мир.
На лице Агнесс появилась мягкая и очень нежная улыбка. Сразу понятно, насколько
короткая, но очень важная встреча с этим человеком в детстве, оставила добрый след в душе.
— Мирон сразу узнал меня, как только имя услышал, — Агнесс вновь смущенно опустила взгляд. — Рассказал то, что сам помнил, что-то помог вспомнить мне. Сказал, что считает меня сестрой, тьма знает почему, мы же и не знали друг друга совсем. Я его толком и не помнила, мелкая же была. И он действительно относится ко мне как к младшей сестре. Иногда бесит своей гиперопекой, я ж к такому не привыкла. Всю жизнь одна против целого мира, сама за себя, и такое!
Чудеса, да и только.
— Сложно поверить, что Мирон может быть заботливым и чутким, — протянула я с сомнением в голосе.
— Нормальный он, хороший, — буркнула девушка, но, поймав мой взгляд, сникла и нехотя добавила: — За исключением некоторых моментов.
На языке крутился язвительный ответ, но я его проглотила. И без того Агнесс себя винит за выходку Мирона.
Если посмотреть на все глазами Агнесс, он настоящий герой. Защитник. Заботливый, оберегающий… Засранец, который готов всего себя отдать одной, а вторую похоронить на месте, потому что увидел угрозу.
— А ты уверена, что он не влюблен в тебя? — немного поразмыслив над услышанным, выдала Элена. — По крайней мере, со стороны это выглядит так.
— Глупости, — тут же отмахнулась Агнесс, посчитав идею совершенно вздорной. — Да и потом, какая разница? Мирон не в моем вкусе!
— А кто в твоем? — спросила я, не зная о том, что через секунду пожалею об этом.
Агнесс хитро улыбнулась, ее глаза вспыхнули огоньком.
— Даже не знаю… — девушка подперла подбородок двумя руками,
опершись локтями на согнутые колени, и мечтательно замерла. — Касьян, например. Вот это мужчина…
Элена никак не отреагировала, что и неудивительно — они ж родственники. А у меня, кажется, ком в горле застрял. И как-то воздуха сразу не стало хватать.
— Сильный, статный. Сдержанный. И такой властный… У меня от одного его взгляда мурашки по коже! Честное слово, девочки. Если бы не опека Мирона и все эти заморочки с запретами, я бы уже давно…
Она с таким придыханием говорила о Касьяне, словно только и мечтала о том, чтобы оказаться с ним рядом, один на один. Перед внутренним взором так явно промелькнули картинки их возможной встречи тет-а-тет, что пришлось сделать над собой усилие, чтобы вернуться к разговору. Даже не ожидала, что будет так неприятно. Картинка вырисовывалась какая-то особо яркая и въедливая.
— Давно что? — спросила и тут же отвесила себе мысленный подзатыльник. Язык мой — враг мой! — Впрочем, не продолжай, — я передернула плечами, испытывая отвращение. — Не хочу знать! У меня слишком живое воображение, так что оставь детали при себе, пожалуйста.
