— Я так и знала! — восторженно прошептала. — Уж больно активно Агнесс открещивалась от отношений с Мироном. А ведь менталист тогда обмолвился, что она к нему неравнодушна. Вот ведь шифровальщики!
— Кажется, мы поспешили с подозрениями, — с легкой улыбкой заметил Касьян.
Я была вынуждена согласиться. Это больше походило на свидание, чем на замысел темной твари. Мы уже собирались обратно в крепость, как я случайно пнула подвернувшийся камень. И он, зараза, словно специально, покатился по наклонной, увлекая за собой гравийную крошку, создавая весьма отчетливый шум.
Ну, Иветта! Слов нет, одни междометия!
Мирон мигом насторожился. Ну, в его защиту можно сказать, что это не то место, где можно проявить беспечность. Оглянувшись по сторонам, он подошел к нашему укрытию
почти вплотную, держа Агнесс за руку чуть позади себя. Ещё бы пара шагов, и мы бы точно были обнаружены, но тут Кас шевельнул пальцами, привлекая магию воздуха — в противоположной от нас стороне раздался какой-то треск. Мирон резко обернулся на звук.
— Надо убираться отсюда, — раздался его напряженный голос. — Идем.
Агнесс ничего не ответила, но почти сразу послышался звук удаляющихся шагов.
Я облегченно вздохнула. Боги милостивые, не заметили!
— Кажется ушли, — заявила шепотом, оборачивая к Касу. И в этот же момент осознала, насколько близко мы друг к другу прижались, пытаясь слиться с валунами. Тепло его тела окутало со всех сторон, а внезапно сбившееся дыхание шевелило волоски на затылке, отчего по телу побежали предательские мурашки.
А в следующий миг Касьян развернул меня к себе, накрыл мои губы своими, и все вокруг показалось неважным. Ни купол, ни предатели, ни даже драконы. Ничто не имело значения. Время обернулось вспять, словно и не было этих лет порознь.
— Нам надо возвращаться, — произнес Касьян хрипло, на мгновение разорвав поцелуй. — Не дай бог хватятся, а нас нет.
Он был слишком близко, чтобы думать о последствиях, глаза слишком манящие, губы слишком влажные…
— Плевать… — прошептала, схватив его за воротник и притягивая ближе.
— Этот твой
взгляд... Думал, больше его никогда не увижу… — со стоном выдохнул Кас и, сам себе противореча, снова припал к моим губам.
В этот раз поцелуй был уже не таким робким, а более смелым и глубоким. Вскинув руки, я обхватила его затылок и зарылась пальцами в густые волосы, растворяясь в ощущениях.
Я бы пошла на что угодно, лишь бы этот момент никогда не прекращался.
Но Кас разорвал поцелуй. Пусть и с трудом, но все-таки оторвался от меня и, тяжело дыша, прижался своим лбом к моему. Мне бы такой контроль над собой!
— Пошли… — выдохнула я, взяв себя в руки. В конце концов, в комнате нам будет намного удобнее! Хотя видят боги, мне сейчас было все равно.
Вернулись мы точно тем же путем. Стоило только закрыть окно, как Кас сел в кресло и утянул меня к себе на колени и заскользил губами по скуле. Только я уже приготовилась к продолжению, как нас прервал громкий стук в дверь. Долбили так, что не проигнорируешь! Хочешь не хочешь, а оторваться друг от друга все-таки пришлось, наскоро приводя одежду и волосы в порядок.
Кас пошел встречать гостя, а я села за стол и попыталась придать себе самый безмятежный вид, хотя прекрасно понимала, что, стоит только взглянуть на меня, и любой поймет, чем мы тут занимались. Губы слегка покалывало.
—
Ты видел Иветту? — раздался напряженный голос Мирона, как только Кас распахнул дверь. — Ее нигде нет. И в комнате тоже.
У меня в тот момент тоже была масса вопросов. Например, какого демона Мирон забыл ночью в моей комнате, и чего ему вообще нужно?!
Касьян сделал шаг в сторону, открывая обзор на меня.
— Ну вот она я, — буркнула я недружелюбно. — Чего хотел среди ночи?
Мирон застыл на месте с глупым выражением лица, словно не ожидал меня тут обнаружить. Потом прищурил глаза, сжал губы в тонкую нить и, в конце концов, тяжело вздохнул.
— Извиниться хотел, — буркнув это, Мирон поморщился, как от зубной боли. — Мы можем поговорить?
Ага, как же. Извиниться! Прям так и веет извинениями!
— Надеюсь, это действительно так, — в голосе Каса прорезались предупреждающие нотки. Мирону хватило одного взгляда, чтобы понять, что с ним будет, если он снова распустит руки.
Выйдя из комнаты, я осторожно прикрыла за собой дверь и вдруг поняла, что готова ко всему, кроме извинений. В раскаяние Мирона верилось слабо, особенно после того, как меня пару раз приложили о стену и чуть не задушили, и он это почувствовал.
— Слушай, я понимаю, что переборщил, — нехотя признал он. В голосе мага сквозило раздражение, и все же он выдавил из себя: — Прости.
Я лишь кивнула, не зная, что ему ответить. Помявшись на месте, переступая с ноги на ногу и смотря куда угодно, но только не на меня, Мирон ушел, оставив меня с
одним-единственным вопросом: что это было?
