Агнесс — умничка, смогла дойти, чтобы сообщить, что они неожиданно напоролись на стаю тварей, сигналки по какой-то причине не сработали, и им пришлось принять неожиданный бой с большой стаей тёмных тварей. Натан как старший отправил Агнесс за подмогой — Мирон вытолкнул её из эпицентра воздушной волной, а ранило её уже после того, как она отделилась от группы — не повезло наткнуться на измененного.
Задело девушку довольно сильно. Кас предложил эвакуацию, но Элена отмахнулась. Сказала, что рёбра зарастить нетрудно, и рана на ноге уже не представляет опасности. Девушка лечила прямо на ходу, пока ребята несли Агнесс в крепость, и главным образом переживала о потере крови, но и это считала восполнимым. Незачем тратить камень экстренного переноса — угрозы жизни нет. Закончив, Элена погрузила пострадавшую в целительный сон, оставляя её прямо на обеденном столе — переносить гончая не позволила, хотя Киран и порывался. Не стоит тревожить срощенные рёбра.
На сборы ушли считанные минуты. Элена внимания на меня не обращала, близнецы смотрели со злым недоумением — мол, мы же тебе верили! — но высказываться не спешили. Киран хмурился, что-то обмозговывая. И только Касьян нашёл секунду, чтобы ободряюще сжать моё плечо.
— Мы во всём разберёмся. Не накручивай себя.
И они отправились в спасательный рейд, оставив меня присматривать за пострадавшей. Перед уходом Элена сжалилась и шепнула:
— Агнесс будет спать, за неё не переживай.
Это я знаю. Целительский сон глубокий и надёжный, похож на беспамятство.
— Так, может, я с вами?
— Сигналки проверить хочешь? — Элена вглядывалась в моё лицо с исследовательским интересом. — Понимаю. Но сейчас ты будешь только мешать.
И все. Ни упреков, ни злой или доброй подначки. Просто констатация факта — обуза. Обидно, но это правда. Силы и боевой подготовки во мне никакой.
Зато голова при мне, а в ней, как известно, мускулов нет.
Неподвижная Агнесс смахивала на труп. Сходства добавляло то, что лежала она на обеденном столе, временно ставшем операционным. Находиться рядом с этой печальной инсталляцией не хотелось, поэтому, прихватив куртку — как только солнце скрывается, в горах сильно холодает, — я вышла на воздух подумать. Устроилась на тренировочной площадке — наличие второго колокола, того самого, что нашли в руинах, успокаивало. Его всё-таки приспособили для тренировок. И обзор, опять же. С этой точки просматривались и дверь, и подлесок, в котором скрылись наши.
Думала я, думала, и так и эдак крутила мысль, но озарения не случилось. Вопросов было столько, что голова пухла. Главный из них: почему не сработали сигналки общего оповещения? Мы ведь их проверили! Не только те, что в непосредственной близости от крепости, но и вообще все. Выкопали каждую. Учитывая, что подконтрольная зона простиралась на несколько километров от крепости во все стороны, нам потребовалось несколько дней. Всё было в полном порядке! А сейчас вдруг выясняется, что они не сработали?!
Да где же ребята?
Я, вглядываясь в дальний подлесок, сходила с ума от мысли, что они не возвращаются. Успели? Не успели? А если… сделай я ещё один переговорник, и сейчас не изводила бы себя, думая о худшем. Неизвестность хуже всего! В такие моменты связь просто необходима! Раньше в ней не было особой нужды. Это сейчас у нас бригада в одиннадцать человек, а стандартная команда, если и расстается, то строго в пределах контролируемой территории. Да и то, по мелочи и никогда поодиночке: поохотиться на съедобную дичь, травки пособирать. А нынче следилки не сработали. Ребята думали, что территория чиста, а оно вон как обернулось!
Надо придумать, как усовершенствовать уже изобретенный переговорник. Чтобы общаться можно было целой командой, Касьян сказал — и все услышали! Вон, почтовые шкатулки благодаря адресным пластинам распознают, куда отправлять письмо, осталось придумать, как это применить для переговорника.
Подкравшиеся сумерки принесли прохладу и туман. Видимость ухудшилась, зато тишина стала прямо осязаемой. Даже ночные насекомые ещё не завели свой нескончаемый хор. Наверно, поэтому ребят я услышала раньше, чем увидела: ругань Кирана ни с чем нельзя спутать. Здоровенный огневик в потёмках казался ещё больше. Один, два, Касьян, четыре… восемь. Паника захлестнула душу — должно быть девять! Запустила навстречу нашим несколько светляков. Раз сами себе дорогу не подсветили, значит, сил совсем нет.
От сердца отлегло — Киран казался таким огромным, потому что тащил на закорках Веррона. И ругался себе под нос:
— Ты человек вообще, или телега с щебенкой?
Веррон что-то отвечал в том же тоне, но очень тихо. Это успокаивало — раз перебребрехиваются в обычной своей манере, значит, ничего катастрофического.
— Ив! — голос Натана был усталым и спокойным. Некромант покачивался, да и остальные были не бодрее, особенно Ноэль с Мироном. — Тащи синий флакон с экстренной полки. Веррону.
