– Сова… Да, сова. Это важно! Символ мудрости и просвещения, но также мрака и смерти, – горячечно забормотал Клод, уставившись в пространство, а Игнату стало как-то не по себе. – Сова сопровождает Афину, а птицы Афродиты – голуби и воробьи… Но Иштар! На ее барельефе – совы! Для римлян крик совы предвещал беду, в Индии ее прозвали «дьявольской птицей», у кельтов – «трупной»… Иудеи считали, что в сову перевоплощается Лилит – демон ночи! Спутница ведьм, олицетворение трех смертных грexoв: чревоугодия, похоти и лени…
Очнулся Клод в темном подвале. На его крики пришел хмурый слуга – при свете фонарика Клод смог заметить какие-то ужасающего или непристойного вида изваяния и барельефы на стенах. Хозяин, столь любезный вчера, сегодня был настроен сурово: по его словам, Клод зверски напился за ужином, оскорбил хозяйку и поссорился с женой, которая посреди ночи прибежала к Бруно вся в слезах и с синяком под глазом, так что слугам пришлось запереть впавшего в буйство Клода в подвале. А Жаннин рано утром попросила хозяина вызвать такси и уехала.
– И я ему поверил, идиот! Я так растерялся, что поверил в эту ахинею! Я совсем не пью. – Клод покосился на ополовиненную бутылку вина и поправился: – Тогда не пил. Ну, мог выпить немного вина, но ни разу в жизни не напивался. А уж поднять руку на Жаннин… Я обожал ее! Просто обожал! Я принялся извиняться, унижался перед… перед этим монстром.
Клода выдворили за ворота, где стояла его машина – как она туда попала? В полной прострации сел он за руль и поехал в гостиницу, где они с Жаннин остановились. Там он с изумлением узнал, что прошла ровно неделя с того дня, как они с женой уехали, их номер уже сдан, а вещи у портье. Жаннин в гостиницу не возвращалась. Не вернулась она и в Бордо.
Игнат вдруг насторожился – в небе над виллой что-то летало – опять сова? Нет, не похоже… Воздушный змей! Он перевел бинокль ниже, пытаясь обнаружить, кто запускает змея, и в просветах среди ветвей увидел тоненькую фигурку с развевающимися волосами, в шортах и голубой маечке. Настя! Игнат схватился за телефон, но тот не работал. Тогда он полез по склону выше и на самом верху, наконец, поймал сигнал:
– Марко! Она здесь! – закричал он в мобильник. – Я видел ее!
– Послушай, – сказал Марко, выслушав Игната. – А тебе не приходило в голову, что Настя вовсе не хочет, чтобы ее нашли? Ты сам говоришь – запускает воздушного змея. Не похоже, чтобы она была в опасности.
– Но почему она не отвечает на звонки и СМС?
– Ты же сам сказал, что в долине сигнал не ловится.
– Но… Она могла бы подняться на холм… Она же должна понимать, что мы ее ищем!
– Кроме тебя, ее никто не ищет.
– Нет! Нет, Марко, я чувствую – дело нечисто. Я, конечно, не очень верю Безумному Клоду, но все же. Его жена исчезла именно на этой вилле.
– Ну да, правда. Я, пожалуй, все-таки приеду туда с обыском.
– Мне кажется, это ничего не даст. Давай, я еще немного поразведаю и позвоню тебе, ладно?
– Только не увлекайся. И не лезь на рожон! Где ты ночевал – в машине?
– Ночевал? – изумился Игнат. – Да я же только сегодня утром сюда приехал!
– Тебя нет два дня, – мрачно ответил Марко. – Мы уже волновались.
Два дня?
Похоже, он, и правда, увяз во времени…
Неужели все эти байки – правда?
Сорок лет назад полиция, у которой сумасшедший француз уже сидел в печенках, проводила обыск на вилле – никого, кроме любезного хозяина, его роскошной супруги и четы слуг там не оказалось. Бруно признал, что знаком с Клодом, и преподнес полиции свою версию произошедшего: он пригласил молодоженов на ужин, пока его слуга чинил им машину. Выпив лишнего, Клод якобы приревновал свою жену к хозяину и оскорбил хозяйку, госпожу Анастази. Разыгралась дикая ссора, Бруно выставил французов за дверь: Клод был в ярости, а Жаннин горько рыдала. Больше он их не видел.
Все складывалось против несчастного Клода! Полиция предпочитала верить богатому синьору, а не сумасшедшему иностранцу, к тому же Клод никак не мог объяснить, где пропадал целую неделю, так что его тут же задержали по подозрению в убийстве собственной жены, но вскоре отпустили за недоказанностью обвинения. Тело Жаннин так и не было обнаружено, хотя полиция прочесала все окрестности и даже вызывала водолаза, чтобы обследовать реку в долине. Местные, сочувствовавшие Клоду, советовали ему возвращаться во Францию – от греха подальше, но он никак не мог успокоиться и решил сам пробраться на виллу. Закончилось это печально: его поймал слуга…
Игнат даже поежился, вспоминая рассказ Клода, тот совершенно вышел из себя и почти рыдал:
– Он смеялся надо мной! Проклятый Бруно! Смеялся! А я на коленях умолял вернуть мне Жаннин! И тогда…
И тогда Бруно спросил:
– А на что ты готов, чтобы вернуть Жаннин?
– На все! – закричал Клод.
