Поймать черную кошку в темной комнате, тем более, когда ее там нет, гораздо легче, чем обнаружить и обезвредить лидера исламских экстремистов бен Ладена. Бешеный, преследуя по всему свету террориста №1, чудом избегает гибели в расставленных коварным врагом ловушках...
Если по предыдущим книгам этой серии Вам довелось познакомиться с Савелием Говорковым по прозвищу Бешеный, прошу простить Автора за короткое напоминание об основных событиях одиссеи нашего героя. Делается это для тех, кто впервые встречается в этой, восемнадцатой, книге серии с главными персонажами повествования.
Итак, Говорков Савелий Кузьмич родился в шестьдесят пятом году. Около трех лет от роду остался круглым сиротой. Детский дом, рабочее общежитие, армия, спецназ, война в Афганистане, несколько ранений… Был несправедливо осужден. Чтобы доказать свою невиновность, бежал из колонии, встретил свою любовь — удивительную девушку по имени Варвара, был реабилитирован, но во время столкновения с врагами потерял любимую — Варвара погибла…
В отчаянии он снова отправляется в афганское пекло, чтобы найти там смерть. Получил еще одно тяжелое ранение, был спасен тибетскими монахами и в горах Тибета обрел своего Учителя, прошел обряд Посвящения…
Обстоятельства сложились так, что Савелию Говоркову пришлось сделать пластическую операцию, сменить имя и фамилию. Он стал Сергеем Мануйловым: невысоким, плотного телосложения блондином с тонкими чертами лица и пронзительно–голубыми глазами.
В предыдущей книге «Бешеный жив!» рассказывалось о том, как Савелий Говорков остался в живых: после
многомесячного заточения на острове Маис он возвращается в Россию. И ему приходится сразу окунуться в борьбу с врагами России. Савелию удалось предотвратить подрывы высотки на Котельнической набережной в Москве и атомной электростанции, подготовленные исламскими экстремистами и радикальными антиглобалистами. Однако на родине никто, даже любимая жена Джулия, не знает, что Бешеный жив…
Книга заканчивается так:
«…Через несколько дней после завершения операции, о которой Савелий ничего не рассказал Роману Ставропольскому и взял с Васька–Беспалого честное слово десантника, что тот в свою очередь будет нем как рыба, Бешеный днем заглянул в свой любимый «Погребок» просто пообедать.
Савелия трудно было чем-либо удивить, но он, прямо скажем, был абсолютно потрясен, увидев в «Погребке» довольную, улыбающуюся физиономию Широши, который с аппетитом заканчивал обильный обед. За столом сидели еще двое молодых людей крепкого телосложения сугубо европейской внешности.
О, какая приятная встреча! — воскликнул Широши. — Дражайший Серафим Кузьмич, окажите нам честь и присоединяйтесь к нам!
С доброжелательно–равнодушным видом Савелий подошел к столику.
Рад видеть вас, Феликс Андреевич, хотя, признаться, не ожидал столкнуться с вами в этом уютном заведении, — произнес он.
— Неисповедимы пути Господни! Как, впрочем, и наши с вами, его верных рабов, — не без пафоса отозвался Широши и, перейдя на свой обычный, немного ироничный тон, представил своих спутников Савелию: — Дмитрий — водитель и вообще мастер на все руки, а это Вадим, мой секретарь и доверенное лицо в России. А это, — обратился он к молодым людям, — Серафим Кузьмич Филимонов, о котором вы немного слышали, собственной персоной!
После традиционных рукопожатий Савелий сел рядом с Широши. Тот немного серьезным и немного торжественным голосом сказал:
Поздравляю вас. Работа высочайшей пробы, хотя от специалиста вашего уровня ничего иного и ждать было нельзя.
Меня беспокоит взрывчатка: ведь она уже в России. Может, нам теперь этим заняться? Команда толковая сложилась… — пропустив мимо ушей комплимент Широши, предложил Савелий.
Поиски взрывчатки, Серафим Кузьмич, слишком примитивная задача для человека вашего класса. Не волнуйтесь, этим уже вплотную занимаются соответствующие службы МВД и ФСБ. Большая часть взрывчатки уже обнаружена. По официальной версии чеченские полевые командиры, испытывая финансовые затруднения, готовились продать ее российскому криминалитету. Версия вполне правдоподобная, на ней мы и остановимся…
Савелий вопросительно взглянул на него.
Судьба Марселя российские власти занимать не будет. Но в лице Анри Гиза вы приобрели вечного и могучего врага, Серафим Кузьмич. Тех, кто становится у него на пути, он никогда не забывает и не прощает. Кроме того, Гиз высоко ценил Марселя, тот был человеком незаурядным…
Савелий равнодушно выслушал последнюю часть тирады словоохотливого Широши и тихо, не обращаясь ни к кому, произнес:
Хлопотно это!
Вы, наверное, голодны, Серафим Кузьмич? — спохватился Широши.
В ресторан чаще всего ходят, чтобы поесть. Вот и я зашел пообедать, — с иронией ответил Савелий.
Должен вас огорчить, дорогой мой Серафим Кузьмич, поскольку принятие пищи откладывается минимум на два часа, — смущенно улыбаясь, заявил Широши. — Мой «Боинг» стоит в аэропорту Минеральных Вод, и мы должны вылететь как можно раньше. За пару часов Дмитрий обещал нас домчать до места. Так что вам придется потерпеть до того, как мы взлетим. Надеюсь, возражений нет?
Какие тут могут быть возражения? Тем более что прекрасная кухня «Погребка» немного приелась.
