Один из парней все же успел вытащить из-под полы куртки «Smith & Wesson». Я прострелил ему руку выше локтя, и оружие охранника упало на пол. Оставлять в салоне такую опасную вещь не следовало, поэтому я навел ствол пистолета на перекошенное от боли лицо раненого парня:
– Толкни ногой пистолет ко мне! Живо, или умрешь!
Схватив пистолет, я выскочил из салона и бросился к трапу. Держать оружие в обеих руках было неловко, и я на ходу засунул в карман джинсов пистолет, тот, что поменьше. На трапе я внезапно столкнулся с Ольгой, и чуть было не сшиб девушку с ног.
– Прощай, королева, мне было хорошо с тобой! – подхватив ее за талию, сказал я.
– Ты говоришь по-русски, Питер? – опешила девушка.
Объясняться было некогда. Наскоро поцеловав ее, я прыгнул в проем трапа, ведущего на шлюпочную палубу. Добравшись до места, где были установлены два красных, и два зеленых гидроцикла, я слегка растерялся. Хасанов говорил, что для спуска этой хреновины на воду нужно нажать только одну кнопку, но где она, черт бы ее взял?
Переборов панику, я нашел кнопки под панелью на одной из переборок, и нажал одну из них. Мне достался зеленый скутер. Я торопился, и мне казалось, что люк открывается очень медленно, хотя это было вовсе не так. Через долгие тридцать секунд направляющие оказались в воде. Столкнув скутер в море, я прыгнул на седло, и гидроцикл закачался на волнах. Я нажал на кнопку зажигания, но двигатель не заводился, пока я не прикрепил к левой руке страховочную чеку. Пистолет в руке стеснял мои движения. Я бросил его в перчаточный ящик возле руля, и нажал на газ, постепенно увеличивая тягу. Мощная машина рванулась вперед. В зеркалах заднего вида, было хорошо видно, как быстро удаляется от меня ненавистная яхта.
Управление оказалось несложным. Во вместительном переднем багажнике я обнаружил маленький огнетушитель, трос, специальные очки, и несколько бутылок с питьевой водой, что было очень кстати. С бензином все было в порядке. Датчик показывал полный бак, которого должно хватить километров на сто пятьдесят – двести, а максимальная скорость скутера равнялась ста километрам в час, – такая цифра могла обрадовать любого беглеца.
Гидроцикл послушно прыгал с волны на волну, и я пробовал разные режимы движения, испытывая то восхитительное чувство, которое называется радостью жизни.
Однако, моя эйфория продолжалось недолго. На приборной доске не включался экран, а без навигатора было трудно понять, где я, и куда мне надо плыть. Только сейчас я осознал сложность своего положения. Я находился в центре огромного Средиземного моря, и у меня не было даже компаса. А что если начнется шторм?
В другое время я бы охотно отпустил пару шуток по этому поводу, но сейчас мне было вовсе не до смеха. Чтобы добраться до берега у меня был только один вариант, – ориентироваться по солнцу. Часы на приборной доске показывали половину восьмого. С того момента, как я видел маяк на острове Пантеллериа, яхта прошла примерно сто пятьдесят миль, – лихорадочно соображал я, вспоминая карту, – тогда на севере, или северо-востоке от меня тянется берег Сицилии, расстояние до которого составляет не более сорока морских миль. В переводе на метрическую систему это составляет около шестидесяти километров, причем протяженность берега будет достаточной, чтобы не промахнуться. Сущие пустяки для гидроцикла, если только не поднимется буря, или я не перепутаю направление.
Решение было принято. Оставив солнце чуть позади правого плеча, я выжал газ и двинулся на север. Внезапно в зеркале заднего вида мелькнуло что-то красное. Оглянувшись назад, я увидел, что меня догоняет красный скутер. Какой же я глупец, – с досадой подумал я, до отказа выжимая газ, – нетрудно было догадаться, что меня просто так не отпустят!
Расстояние между мной и моим преследователем быстро сокращалось. То ли его мотор был мощнее, то ли водитель опытнее. Позднее я сообразил, что с двигателя красного скутера просто сняли ограничитель скорости, но по большому счету, это было неважно. Противник настигал меня, и скоро над моей головой засвистели пули.
Вот она, расплата за милосердие! Если бы я пристрелил этого парня в салоне, мой путь был бы свободен, – подумал я, совершая отчаянные виражи, чтобы не дать врагу прицелиться.
Эта затея оказалась неудачной. Недруг все время переигрывал меня, безошибочно угадывая мои маневры. Во время очередного поворота я не успел уйти в сторону, и пуля царапнула мне левое плечо. В отчаянии я тоже вытащил пистолет, и выстрелил несколько раз подряд, но ни разу не попал в цель. Удерживать скутер одной рукой было почти невозможно, плечо сильно кровоточило, и я начал уставать.
Проигрыш в этой схватке становился все более вероятным, и я пошел на отчаянный маневр. Засунув пистолет за пояс, я резко положил машину на борт, сделал поворот на сто восемьдесят градусов, и, не обращая внимания на выстрелы, пошел на таран.
