Студент-практикант Кузнецов мечтает спасти мир и фонтанирует различными идеями. Его замечает сотрудник "Заслона" и предлагает стать участников важного космического проекта. Единственное условие – соблюдение секретности. Кузнецов пренебрегает правилами, не зная о том, что его лучший друг – главный враг.
«Это не может быть правдой, – думал Кузнецов, пытаясь вытянуть руки из пластиковой стяжки. Запястья саднили, но он не сдавался. – Хорошо, хоть затянули как следует, ещё и проверили прочность». Кузнецову удалось перекрутить замок стяжки вниз. Вот где пригодилась физика с крутящим моментом. Он напрягся, дёрнул и откинулся на спинку стула – руки свободны. На первом курсе политеха он не оценил забавного физика, рассказывающего, как освободиться из плена благодаря науке. Весёлый препод показывал действия физических законов на примерах из любимых боевиков. Только сейчас до Кузнецова дошло, за игрой стояли навыки выживания. Он пожалел, что не запомнил, как освободить ноги. За несколько часов одиночества в чужой квартире на окраине Питера Кузнецов много, о чём успел подумать. Сказки о шпионах, оказались явью. А ведь мог же отнестись серьёзнее. «Ещё три недели назад я был обычным студентом. Когда же вляпался в это дерьмо?» – думал он, оглядываясь в поисках ножа или ножниц. Взгляд упал на маркеры, разбросанные на полу. С них всё и началось. Память перенесла его в жаркий летний полдень, которого так не хватало августовским дождям.
– Хороший рисунок, – посмотрел через плечо Кузнецова мужчина со столовским зелёным подносом в руках, над которым возвышался стакан компота.
– Спасибо, – смутился Кузнецов и отвлёкся от штриховки солнечной панели искусственного спутника.
– Я присяду?
– Конечно, – закрыл Кузнецов скетчбук и собрал со стола маркеры, исподволь разглядывая мужчину в сером костюме и розовой рубашке под строгим галстуком.
– Уже подкрепились? – поставил он поднос с тарелкой супа золотистой котлетой на белоснежной пюрешке.
– Я не голоден, – сглотнул Кузнецов и отвернулся.
Зря он выбрал для отдыха столовую рядом с «Заслоном». Запахи, идущие с кухни, были божественны. Сотрудники завода обедали за счёт предприятия, но практиканты были вне привилегий. Кузнецов и рад был купить, да денег осталось всего ничего, и до стипендии ещё две недели. От голода не помрёт – всё рассчитано и закуплено, но и лишних денег нет. В зале стоял приглушённый гул, состоящий из бряканья посуды и едва слышных разговоров. «Пойду на улицу», – подумал Кузнецов и стал убирать скетчбук в потёртый рюкзак.
Мужчина достал телефон и сделал снимок подноса. «Неужели в сети выкладывает, – подумал Кузнецов, не веря своим глазам. – Продвинутый дядя». Блогерские фишки не вязались с солидными костюмами, тяжёлыми оправами и рабочими комбинезонами «Заслоновских» сотрудников.
– Жене отчитываюсь, – ответил мужчина на незаданный вопрос. – Она у меня строгая. Всё боится, что я заработаюсь и над чертежами отдам Богу душу. Выручи? – протянул он котлету с пюрешкой и компот. – Один не осилю. Суп при гастрите полезен. Его не отдам, – улыбнулся мужчина и Кузнецов почувствовал домашнюю лёгкость. Словно сидящий напротив человек не крутой инженер, других на «Заслоне» попросту не было, а близкий родственник, дядька, неожиданно нагрянувший в гости.
– Если только помочь, – обернулся Кузнецов, не видит ли кто, и принялся уплетать картошку.
Кисловато-сладкий янтарный компот из тяжёлого гранёного стакана напомнил Кузнецову школу, которая не вязалась с июльской жарой и тающим под солнцем городом.
– Отменный супец, – отложил ложку мужчина. – Интересная у тебя схема: орбита, спутники и …
– Ерунда, – отмахнулся Кузнецов. – Смотрел вчера на «Тайнах галактики» «Научную фантастику» – сериал такой. Космос люблю. Эпизод был про тёмную материю и космические ловушки. Знаете, что американцы придумали? Ловушки для антиматерии. Говорят, за год целый килограмм собрать можно. Не придумали, конечно, а так фантазируют. Собрать то можно, но как хранить?
– И? – заинтересованно слушал мужчина.
– Антиматерия – красиво, но сейчас лишь фантастика. Цели реальные надо ставить, – заискрились глаза Кузнецова. – Я вот про ловушку для мусора думаю. Знаете, сколько его на орбите летает? Сто двадцать восемь миллионов кусков от одного миллиметра и до десяти сантиметров. Более десяти поменьше будет. Всего тридцать четыре тысячи, но и разрушительный эффект от них больше. Всё меньше одного миллиметра даже считать не берутся. Катастрофа! Спутники выходят из строя, сталкиваясь с такими обломками и сами становятся мусором, – вздохнул Кузнецов и принялся за котлету. – Синдром Кесслера. Казалось бы, смени орбиту, но уже всё загажено. Даже от космической станции кусок в семь миллиметров откололся и чем стал? Космическим мусором. Поставим ловушки для мусора. Очистим орбиты. Земле поможем. Вы знаете, что в Тихом океане уже двести шестьдесят спутников захоронено. Кладбище космических кораблей не в воздухе. Оно на Земле. У себя сначала порядок навести надо, а не мечтать, как от собственного разгильдяйства бежать. Дед всегда так про деревню говорил. Вот сюда посмотрите. Это магниты, – показал он стрелочкой, – а вот здесь контейнер, – пририсовал он ещё одну стрелку.
– Правильно дед говорил, – покачал головой мужчина. – А ты из какого отдела будешь?
