«Петросян хренов! Юмору сто лет в обед!!» – мысленно презрительно сплюнул следак. «Какое полетаем?» – вслух начал допрос монитора Бизюков.
Вдруг какие-то лампочки замигали по контуру кабины, послышался неприятный тонкий жужжащий звук. Глаза следователя снова быстро округлились, по макушке пробежал леденящий холодок, на лбу проступила легкая испарина. «Сейчас на хрен взлечу.» – четко обозначилось в голове.
Старое корыто издало звук, похожий на неприличный для общества, и резко поднялось вверх.
Сергей Васильевич машинально дернул ремень, чтобы закрепить свое бренное тело, ремешок мягко отвалился и выпал, кувыркаясь, из кабины полуистлевшей черной ленточкой. «Что за дьявол! Сейчас выкинет меня к чертовой матери!» – вопило существо Сереги, но кричать и звать на помощь он не мог, его парализовал ужас. Он вопил внутри себя. Машина вдруг накренилась, исследователь схватился мертвой хваткой за еще крепкий корпус взбесившейся машины. «Что за … карусель такая!» Перед глазами замелькали земля, деревья, небо. Его сильно замутило, страшно захотелось в нужник. Все напоминало смертельный аттракцион, только без страховки. После следующего витка головокружительного полета, желудок спазмировал и очистил свое содержимое. Вытереться не представляло никакой возможности, так как руки выполняли спасательную функцию. «Все сейчас расшибусь в лепешку!» – паниковал Серегин мозг. Машина мгновенно устремилась вниз к земле. «А-а-а! Только не так быстро, Господи! Медленнее». Это старое корыто вдруг замедлило падение и мягко, покачиваясь, стало опускаться. Только тут Серега соотнес свои мысли и действия адской машины. «Вперед.» – осторожно скомандовал Сергей. Аппарат четко двинулся вперед по прямой. «Быстрее». Машина стала разгоняться. В новом приступе ужаса Серега увидел, что его несет прямо на стену дома. «Влево, о нет, вправо.» Запорожец заметался, Столкновение не произошло. «Все – назад, назад». И тут же почувствовал, что машина дала задний ход. «Что ж и подумать лишнего ничего нельзя?! Вниз, под кустики, медленно и аккуратно».
Когда Серега почувствовал твердую землю под колесами этого пылесоса, его тело выпало из салона, медленно отползло от этого технологического ужаса и минут пятнадцать оставалось в состоянии покое на безмятежной зеленой травке.
*****
– Товарищ, как вас там. Товарищ.
Контроллер – охранник Степаныч нехотя вышел из служебной комнаты и встал у решетчатой двери, отделяющей барачную зону от промышленной.
– Чего тебе, зэк!
– Мне на промку надо. Работать хочу.
Степаныч недоверчиво посмотрел на просящего. Темный, как цыган, волосы черные уже с проседью торчат во все стороны, как будто живут своей собственной от головы жизнью. Глаза детские, сияющие с блеском. «Наркоман что ли». Черная зэковская фуфайка наполовину вылезла из штанов, открывая мягкое нетренированное пузико. Руки постоянно находились в движении, словно искали полезной работы.
– Новенький что ли. На комиссии был? Допуск дали? Почему не к 8-ми как положено. Фамилия.
– А, Степаныч, это же Миха из десятого отряда, рабочего. Не отрицалово. Не признал, что ли? – Подошел еще один гуфсиновец молодой, веселый, еще не испорченный властью Федюня. – По особому указанию – (пальцем вверх) принтер «красным» чинил в диспетчерской. Вот он тебе твои ворота на электронике и починит. Шаришь в электричестве, Миха?