Рен не смогла сдержать смех. Заглушив мотор, она выбралась из машины и зашла в бар вслед за Леруа. Его напарник, детектив Уильям Бруссар – они работали вместе два года – уже расположился на барном стуле, и судя по наполовину опустошенному стакану с алкоголем янтарного цвета, сидел он тут в течение последних нескольких часов.
– Привет, мальчики, – поприветствовала их Рен, переставляя стул, чтобы сесть рядом.
– Мюллер! Удивлен увидеть тебя в этой глухомани. Да еще и в такой час. Тебе разве не пора спать? – ответил Леруа, нахально улыбаясь.
– Ха-ха. Я просто проезжала мимо и увидела тебя у входа. Решила, что не стоит упускать случай.
Уилл не отрывал глаз от экрана телевизора, который висел высоко над полками, заставленными бутылками с алкоголем.
– Поверить не могу, что это дерьмо только набирает обороты, – проговорил он, кивнув на телевизор, по которому передавали местные новости. Леруа и Рен подняли взгляд на экран. На нем возник мужчина средних лет, у которого брал интервью молодой нетерпеливый репортер. Мужчина выглядел взволнованным, руки его беспокойно сжимались в кулаки.
– Это все оккультизм. Наше общество наводнили дьяволопоклонники, и пока мы не вернемся к учению Иисуса Христа, еще больше невинных людей принесут в жертву тьме, – проповедовал мужчина с экрана. На последней фразе он воздел руку в воздух, и репортер с энтузиазмом закивал. Затем показали кадры из другого интервью: с куда более многочисленной группой взволнованных граждан, одетых в футболки с вызывающими надписями, бейсбольные кепки и джинсовые шорты. Группа неистовствовала, подбадривая друг друга выкриками за спиной человека с микрофоном.
– Наше сообщество в опасности! Каждый может стать жертвой дьявола! – кричал он. – И следующими будут наши дети! Как вы не понимаете? Эти поборники Сатаны заберут их прямо из постелей и принесут в жертву своему хозяину! Полицейские должны просто собрать всех этих уродов и бросить в болото. Почему добрые жители Орлеанского округа единственные, кто понимает, что это дело рук дьяволопоклонников?
Репортер, который несколько раз пытался вмешаться, смог наконец спросить:
– Итак, вы считаете, что недавние убийства не являются отдельными случаями, как нам заявляют правоохранительные органы?
Толпа неразборчиво закричала в ответ, а их неофициальный представитель яростно закивал.
– Полиция нам лжет! Они не хотят, чтобы мы знали, насколько глубоко оккультизм проник в наше сообщество. Это дело рук Дьявола и его последователей. Запомните мои слова!
Леруа усмехнулся и отвернулся от экрана.
– Мне вот это же, – попросил он бармена, указывая на напиток Уилла. Та с улыбкой кивнула, достала из-под барной стойки стеклянный стакан и наполнила его односолодовым скотчем двенадцатилетней выдержки.
– Ваше здоровье, – провозгласил Леруа, поднимая стакан, и Рен изобразила, будто чокается с ним невидимым бокалом. Уилл покачал головой и сделал глоток из своего стакана.
– Разве эта сатанинская паника не должна была сойти на нет? Они ведут себя так, словно на дворе снова восьмидесятые, и это вполне нормально – считать, будто злобные готы совершают изощренные убийства во славу дьявола.
– Это должно было случиться, – вздохнул Леруа. Уилл приподнял одну бровь и обернулся, бросая на него взгляд.
– Мы что, уже дошли до того момента, где просто смиряемся с полным упадком рационального мышления?
Леруа слегка пожал плечами, вновь прикладываясь к своему стакану.
– Ну, вроде того, – он жестом показал на экран. – Люди пытаются найти закономерности, которых на самом деле нет, потому что они до смерти напуганы. Они не могут просто смириться с тем, что в любой момент их может схватить абсолютно вменяемый на вид психопат, поэтому они и придумывают эту чушь.
– Ненавижу, когда в твоих словах есть смысл, – Уилл покачал головой и откинулся на спинку стула. – Проблема в том, что они смещают фокус. Вместо того, чтобы искать одинокого, живущего в подвале засранца, ответственного за эти убийства, они призывают людей нападать на любого попавшегося парня в футболке с Металликой.
– Ага. А новостные каналы предоставляют им замечательную платформу для всего этого дерьма.
– Ух. Не могу больше об этом думать, – Уилл повернулся. – Все еще ничего не нашли на бумаге, которую он оставил вместе с книгой?
Леруа покачал головой.
– Ничего. Бен там уже из кожи вон лезет.
– Этот парень определенно считает себя умнее всех прочих. И наверняка ему все это ужасно нравится, – усмехнулся Уилл, снова указывая на экран.
Леруа кивнул, слегка поджав губы.
– Согласен – он считает себя умнее всех, но я готов об заклад биться, что он в бешенстве из-за этой сатанинской чепухи.
– Да? А мне кажется, он только рад, что на него не обращают особого внимания. Люди не будут искать очередного Теда Банди. Эти идиоты теперь боятся всех, кто похож на Чарльза Мэнсона.
– Я не думаю, что он настолько примитивен. По крайней мере, судя по его профайлу.
– Думаешь? – недоверчиво спросил Уилл. – Ладно, наверное, в этом вопросе мне стоит тебе довериться.
Леруа рассмеялся и наклонился вперед, разместив локти на барной стойке.
