— Вот, блин. У тебя паранойя, а я теперь голову ломай, что там с платком каким-то, — закатила она глаза. Через пару мгновений ее, кажется, настигло озарение. — Кхм… ничего с ним не случилось. Постирала… наверное.
— Вегеросс, — слегка повысила я голос. — Говори уже прямо!
— Да в кармане он у меня до сих пор валяется, — вспылила девушка и, сунув руку в один из многочисленных карманов комбинезона, вытащила платок со следами крови и швырнула мне. — Да, вот такая я неряха, убейте меня за это! Но это ничто по сравнению с твоей истерикой из-за этого платка! — фыркала боевичка, зло сверкая глазами.
Я аккуратно покосилась на Храна, и тот утвердительно кивнул, подтверждая, что боевичка ни словом не соврала. Значит, все же Рина. Я даже не почувствовала ничего, кроме грустного разочарования. А после, осознав только что произошедшую сцену, рассмеялась.
— Ты еще и глумишься? — прошипела Вегеросс. — Поостереглась бы зубы показывать. А то, когда хохочешь, они открыты и беззащитны. Так и тянет пересчитать.
— Извини, — попыталась я успокоить ее. — Я не над тобой смеялась, а над своей подозрительностью.
— Глупые вопросы закончились? — поинтересовалась боевичка, уже не так полыхая взглядом.
— Да, — кивнула я, все еще улыбаясь. — Прости. Но сегодня я с тобой выпить не смогу. А еще хотела предупредить, что тренировки в выходные не будет.
— Серас, ты издеваешься надо мной? — неожиданно строго спросила она. — Сначала прокатила меня в прошлые выходные. Это еще я смогла простить, у тебя что-то с головой неладное творилось. Но сейчас ты вроде в сознании, и опять та же песня? Это как называется?
Возмущение Флоры оправданно, это же я настаивала на тренировках, а теперь вот бросаю. Но не могла же я ей объяснить, что происходит.
— Извини, — искренне попросила я. — Я правда не могу. Мне нужно срочно решить одну проблему.
Боевичка окинула меня мрачным, но внимательным взглядом.
— Ладно, — безрадостно заключила она. — Прощаю в последний раз. За следующие прогулы будут уже не просто тренировки, а полноценные спарринги. Ух, надаю я тебе по голове бедовой.
— Спасибо, — улыбнулась я, понимая, что отомстить мне она уже не сможет. Маловероятно, что мы еще свидимся. А жаль, хотелось узнать ее получше.
Я поспешно развернулась, но меня остановил окрик:
— Стой, Серас!
Я обернулась. Флора судорожно расстегивала пояс на брюках, бормоча себе под нос:
— Не нравится мне твое решительное лицо. Как будто на смертный бой с кем-то топаешь. С Бриаром выяснять отношения намылилась? Пожалуй, на переговорах не помешает пара дополнительных аргументов! — Она со вздохом отцепила кожаное изделие, которое оказалось не просто поясом, а перевязью, к которой были прикреплены два крупных кинжала. — Надеюсь, они не пригодятся. Но если что, сможешь поцарапать сильнее, чем своими зубочистками. И ты это, не стесняйся их в действие приводить, девичья честь дороже. А я подтвержу, будто он тебя преследовал, — проговорила она, не обращая внимания на мой шок, и полезла затягивать на мне эту амуницию. Закончив, удовлетворенно кивнула.
Я все еще не могла вымолвить ни слова.
— Потом вернешь, — сурово произнесла она и, махнув рукой, удалилась. — Смотри, не убейся там, ибо смерть тоже не будет уважительной причиной для пропуска наших тренировок. Все равно найду и по ушам надаю! — раздалось уже из-за угла.
Я все так же недоуменно переглянулась с котом, а тот лишь пожал плечами.
— Что ж, похоже, мы заблуждались насчет девушек. Хорошо хоть под конец узнали, кто же здесь друг, а кто враг.
Я кивнула в ответ.
— Но, честно говоря, мне даже страшно представить, что она о нас с Бриаром подумала. Будто я с ним драться собираюсь? — пораженно покачала я головой. — А говорят, больное воображение именно у меня.
— Да, я ее намеки тоже не особо понял, — оскалился кот.
— На них ничего нет? — поинтересовалась у хранителя, ощупывая кинжалы за спиной.
— Нет, только защита от воров. Можешь не опасаться, — заверил он. — Значит, Флора вне подозрений, — заметил кот.
Мы оба понимали, что скрывалось за этой фразой. Да уж, та, кого я считала врагом, оказалась куда честнее и преданней той, которую я звала лучшей подругой.
— Жаль только, кинжалы я ей не верну, — грустно усмехнулась я, проверяя крепление. Сидело удобно, и за широким теплым плащом было незаметно. Правда, я все же надеялась, они не пригодятся. Как и мои «зубочистки», которые я закрепила на запястьях еще в комнате.
— Если очень захочешь, я потом как-нибудь протащу, — заявил кот. — Меня-то искать не будут. Особенно если окрас сменить, благо этими зельями мы запаслись впрок.
— Потом решим, — благодарно кивнула я. Пара глубоких вздохов, и мы ушли.
