Все закончилось так же быстро, как и началось. Перестали хлопать ставни, успокоился стол, да и сквозняк исчез.
Гадалка посмотрела на меня уже нормальным, но хмурым взглядом и сказала:
— Прогневила ты покойника. Проклял он тебя. Признавайся, изменяла?!
У меня задрожали губы.
— Откуда вы?..
Она перебила.
— Откуда я знаю? Так покойники душу видят, — женщина усмехнулась, — А я через них. На твоей пятно измены.
— И что за проклятье? — Не стала отрицать факт своей низости.
— Теперь не один мужик с тобой долго не проживет. Дети от тебя отвернутся. Проживешь одна всю жизнь и умрешь одна.
Я опять заревела, размазывая тушь по лицу.
— Не плачь, девонька, — поменяла тон на ласковый, — Помогу я тебе. Сниму ворожбу чужую. Только затратное это дело, да и опасно проклятье покойника снимать, последняя воля как-никак, — заметив мой заинтересованный взгляд, женщина поддалась вперед, накрыла мою руку своей, — Приходи через неделю, как раз луна расти начнет, хорошее время для обряда. Только денег будет стоить немалых.
— Сколько? — Сказала с безнадегой в голосе умирающего от смертельной болезни человека.
— Триста тысяч, девонька, — она сжала мою руку сильнее, заметив мои расширившиеся от ужаса глаза, — У тебя по судьбе брак счастливый в будущем. Муж — красавец, обеспеченный, детей твоих как своих полюбит, и ты ему сына родишь. А если не снимем проклятье, умрешь в одиночестве!
— Я… Не могу быть уверенна, что вы меня не обманываете. Лучше сходить еще к другим специалистам… Ай! — Гадалка впилась в мою руку наращенными ногтями и улыбнулась.
— Зачем идти к другим, Ксюшенька, — заговорила вкрадчивым голосом и улыбнулась, — Александр ушел и больше ни на чей зов не откликнется. Сама посуди, я провела всю работу, а теперь ты хочешь просто так уйти к другому шарл… Специалисту?
— Я заплачу вам за сеанс, — ответила испуганным голосом.
— Мне не нужны деньги за этот сеанс! Соглашайся на обряд или прокляну так, что ни один колдун не поможет! — Заверещала явно сошедшая с ума женщина.
Теперь улыбалась уже я. Вырвала свою руку из лап мошенницы, встала из-за стола и показала корочку частного детектива.
Коснулась кнопки вызова блютуз-гарнитуры в ухе и, не обращая внимания на шарлатанку, заговорила.
— Алло, Виктор Степанович, клиент готов. Ага, ждем, — и уже обращаясь к гадалке, — Знаете, госпожа Изольда, у меня тоже есть небольшой дар. Могу будущее предсказывать, — скопировала ее замогильный голос и закатила глаза, — Вижу, на протяжении шести лет будешь ты ютиться в неволе и света белого не увидишь, — нормальным голосом, добавила, — А если прибавить к этому статью за вымогательство, за которую дают от семи до пятнадцати лет, выйдите вы ой как не скоро.
В глазах гадалки испуг сменился ненавистью, по ее лицу было видно, что она собирается мне что-то не очень приятное, но тут ее лицо исказила какая-то понимающая улыбка, и гадалка пошла на подкуп.
— Ну что ты, зачем сразу полицию звать? Тебе же нужны деньги? — Не дожидаясь моего ответа, она уверено продолжила, — Они всем нужны. Сколько ты хочешь? Пятьсот тысяч? Семьсот? Ну же!
Я брезгливо скинула с себя ее руки, которыми она успела схватить меня за плечи.
— Сохраните свои деньги для выплаты компенсации обманутым вами людям. Кстати, весь сеанс записывался, — я помахала перед ней маленькой камерой, которая все это время таилась в моей сумочке.
Дверь в гадальную комнату распахнулась, впуская внутрь участкового с парой ребят, они мигом скрутили женщину, в то время пока Виктор Степанович зачитывал ее права.
— Ненавижу! Что б ты сдохла! Мразь! Проклинаю! — Визжала не своим голосом.
Парни посильнее вывернули ей руки, гадалка вскрикнула и затихла.
— Увидимся на суде! — Радостно помахала ей ручкой на прощанье.
Притихшую обманщицу вывели из здания, погрузили в служебную машину и повезли в управление.
Мы с Виктором Степановичем тоже не стали задерживаться и пошли к своим машинам.
— Хорошая работа.
Я приподняла бровь, обозначив свое удивление. Когда четыре года назад я пришла в местное РУВД и сказала, что буду работать частным детективом, он лишь отмахнулся от меня, не желая сотрудничать.
А теперь вон, хвалит.
Заметив мое недоверие, уже не молодой, но и не старый мужчина устало потер переносицу.
— Ты правда молодец. Нам некогда заниматься такими делами. Кражи, убийства… Сейчас маньяка ищем. Ты здорово нам помогаешь.
Я хмыкнула.
— Кто кому помогает. Как минимум треть клиентов ко мне приводишь ты, — меня накрыла сонливость, и я сама не заметила, как зевнула, — Уф-ф, всё! После суда отправлю себя в отпуск! Оплачиваемый.
— Ну вот, — расстроено вздохнул, — А я уже хотел тебя консультантом нанять.
— Куда?
— Говорю же, маньяка ищем. Уже троих девушек убил.
Объяснил мне, но я все также не понимала чего от меня хотят.
— Убийства ритуальные. Жертвам выкалывают глаза и перерезают глотки. Причем именно в таком порядке. Тела всегда находят в разных местах, никак не связанных друг с другом и следов он никаких не оставляет.
