В самом деле, они готовы были ко всему, к любому фортелю, какой может выкинуть безумный Тихомиров-младший. И к тому, что он станет палить из автомата по каждому вошедшему в квартиру, и к тому, что решит взять в заложники сестру и, прикрывшись ею, как щитом, постарается сбежать, и, наконец, к тому, что никакого Дмитрия Тихомирова дома вообще не окажется, и придется долго сидеть в засаде, выжидая. Но уж в том, что по крайней мере дверь надо будет брать штурмом, никто не сомневался. И поэтому растерялись все, даже двое прихваченных с собой на всякий пожарный омоновцев, когда дверь открыли сразу же, без всяких проволочек, после первого же звонка и не только не выразили никакого удивления при виде непрошеных гостей, но и еще посторонились, чтобы они, то есть гости, культурно, не толкаясь, могли пройти в квартиру.
Так вот он какой, Дмитрий Тихомиров… Псих, он и есть псих. Впрочем, в лице молодого человека ничего «психического» не просматривалось – парень как парень, внешность его даже слегка разочаровала Андрея.
Может, они ошиблись адресом? Или, может, он совсем дурак и не понимает, зачем они к нему пожаловали?
– Тихомиров Дмитрий Борисович? – вопросил Илья удивленно.
– Да, проходите, – совершенно спокойно сказал Дмитрий и сделал совершенно нелепый в данной ситуации приглашающий жест рукой, мол, милости просим.
– Майор Бородин, уголовный розыск! – совсем растерявшись, рявкнул Бородин.
– Да-да, я так и понял. Проходите, пожалуйста, в комнату. – Тихомиров повернулся и первым пошел в комнату.
Это было уже нечто, выходящее за всякие рамки приличия, нужно было срочно что-то делать, как-то пресечь такое вызывающее – преступно вызывающее! – поведение. Так, очевидно, подумал Бородин и крепко схватил нахала (или сумасшедшего?) за локоть. Омоновцы, грозно щелкнув затворами, шагнули на подмогу, но Илья покачал головой, и они отступили.
– Вас не удивляет наш приход, Дмитрий Борисович? – Бородин развернул Дмитрия к себе лицом.
– Не удивляет. У меня все приготовлено, я знал… знал, что рано или поздно подобное произойдет.
– Знали, на что шли? – Бородин ухмыльнулся. – Вы это хотите сказать?
– И это тоже.
– Вы вообще понимаете, в чем подозреваетесь? – возмутился Илья.
– Вполне.
– Нет, наверное, не вполне, иначе… Иначе я и не знаю! Останьтесь здесь пока, – бросил Илья омоновцам. – Пойдемте, в самом деле, в комнату, – раздраженно сказал он Дмитрию.
Они втроем – Андрей, Илья и Дмитрий Тихомиров – прошли по узкому коридору в комнату. У окна на стуле сидела девушка, очевидно, сестра Тихомирова, Дина.
– Здравствуйте, – поздоровалась она вежливо, но совершенно равнодушно, как будто в квартиру пришла не милиция, а отряд слесарей из ЖЭКа проверить состояние труб.
– Диана Борисовна Тихомирова? – Бородин шагнул к ней.
– Да, – кивнула девушка, равнодушно пробежалась глазами по лицам вошедших и так же равнодушно отвернулась к окну.
И тут Илью прорвало, не мог он выдержать такого равнодушия.
– Гражданин Тихомиров! – резко повернулся он к Дмитрию и, сверкая глазами, провозгласил: – Вы подозреваетесь в ряде заказных убийств.
– Заказных? – Тихомиров наконец удивился. – Тут какая-то путаница. Убийства, которые я совершал, не являются заказными.
– Ну, это надо будет еще доказать.
– Я докажу, совсем не сложно доказать. – Дмитрий подошел к окну, взял с подоконника папку, протянул ее Бородину. – Здесь материалы в виде распечаток и диски всех фильмов, которые я сделал. Всего десять штук, каждый в двух частях.
– Подождите, я не понимаю! Вы что, не отрицаете, что совершали убийства?
– Какой смысл отрицать? – Дмитрий как-то по-детски улыбнулся. – Нет, не отрицаю. Только убийства были не заказные. Вы поймете, я все объясню.
– Сколько же человек вы… э-э… отправили на тот свет?
– Я сделал десять фильмов – их герои кончили жизнь самоубийством с моей помощью, вернее, с помощью молекулы смерти. Марину Перову мне пришлось убить как опасного свидетеля. И была еще одна смерть, с нее-то все, собственно, и началось. Но надо рассказать по порядку, иначе трудно понять.
– Итого получается двенадцать? – Бородин присвистнул.
– Двенадцать, – подтвердил Дмитрий, но как-то неуверенно.
– Ясно. Рассказывайте по порядку, а то действительно непонятно. Двенадцать загубленных душ – просто в голове не укладывается!
– Все началось двенадцать лет назад, – таким тоном, словно он рассказывает сказку, проговорил Тихомиров. – Мой отец разработал одну методику… ну, о ней, насколько я понимаю, вы знаете. Так вот, я ее выкрал. То есть не то что выкрал, а скинул на диск все наработки. И убил коллегу отца, который хотел ею воспользоваться, – Анатолия Владимировича Кисленко.
– Так это вы убили Анатолия Кисленко? – внедрился в разговор Андрей. – Вот оно что! Теперь мне понятно, почему ваш отец так боялся. Он ведь знал, что вы его убили, да?
– Знал.
– Вы избавились от него как от будущего конкурента? Дальновидно, ничего не скажешь. Сколько же вам тогда было лет?
