Смысла врать больше нет. Да и после услышанного с меня словно бетонная плита упала. Стало легко. Все же правда действительно облегчает душевное состояние.
– С момента, как мы приехали в дом.
– В этот дом?
– Нет, в тот, где мы жили. Сперва я видела лишь картинки или моменты по паре секунд. Шелковые простыни, черно-белая мебель, цветы. После знакомства со Стасом было несколько ярких картин, но я думала, это вымысел. Приснилось или придумала. Но потом картинки стали повторяться и дополняться, что-то складывалось. Постепенно я поняла, что это всё было и ты сочинил про аварию. Я стала понимать, что ты скрываешь часть мой жизни! – теперь я смотрю сурово на мужчину, который молча кивает и сжимает руки.
– Прости, но я посчитал это единственно правильным решением. Ты умирала. Как я мог смотреть на свою пару, которая хочет уйти?! И виновен был я! Не знаю, помнишь ты или нет, но твое сердце останавливалось пару раз, и я понял, что никакие чудо-сыворотки, лекарства и новейшее оборудование не спасут тебя. Ты просто хотела уйти, – прорычал с грустью и протянул руку ко мне.
И что ответить? Да, я сдалась. Трусливая и слабая, я просто захотела начать все сначала. Я не хотела навсегда остаться в стенах лаборатории и не хотела быть заложницей Виктора. Рожать детей по указке, смотреть, как он развлекается с волчицами. Я тогда столько всего напридумывала. Лабораторные стены не улучшали настроение.
– Я не мог тебя отпустить. Поверь, если бы ты даже не созналась и не сказала, что моя пара, я бы все равно попытался бы тебя спасти. Не только потому, что ты знала, где моя половинка, а потому что меня тянуло к тебе. Я не знал, что тому причина, но я уже тогда дорожил тобой.
– Так дорожил, что чуть не убил?
– Я не знал! Только Стасу докладывали, да и мне пару раз звонил один ученый, просил прекратить, но почему….
– Но ты не слушал!
– Да, не слушал. И чуть не потерял тебя. Моё упрямство чуть всё не погубило. Свет, что случилось? Почему ты иссякла практически за несколько дней? Я неделями бился над этим вопросом, и всё впустую. Неужели ты не хотела жить? – и столько горячи во взгляде.
Тяжело вздохнув, встаю и отхожу к окну. На улице полнейшая темнота, зато как сияет звездное небо. Красота. На душе становится спокойно.
Меня обняли горячие руки и притянули к груди. Что бы между нами ни было, думаю, нужно все оставить в прошлом! А еще собрать силы и начать делать шаги вперед. Нам придется снова потратить немало времени, чтобы узнать друг друга без секретов и утаек. И первой начну шагать я.
– У нас схожий дар, Виктор, но он неодинаковый. Ты можешь приказывать, когда хочешь и что хочешь, я же в этом плане ограничена. Два приказа в три дня – мой предел. Если три приказа, наступает сильная слабость и истощение. В лаборатории я приказывала каждый день по несколько раз. Итог ты видел.
Хватка на моей талии стала каменной, а спиной я почувствовала, как мужчина стал дышать чаще и глубже.
– После одного приказа есть слабость?
– Нет, но от двух – да. Головокружение, потеря сознания и сон на несколько часов. Я не такая всемогущая, – разворачиваюсь и вижу в его глазах грусть и нежность.
Виктор усмехается, и касается моей щеки.
– Знаешь, природа очень умна, а также она любит равновесие. Да, у меня есть дар, но он ограничен. Я не могу пожелать всего когда хочу. Сама видела, в лаборатории лишь единицы оборачиваются. Зато ты сильна, и твои приказы куда эффективнее моих. Но и у них есть цена, и она довольно высока.
– Даже не знаю, повезло нам или нет иметь такой дар. Говорят, чем больше сила, тем больше ответственности. И как бы ты ни говорил, что виноват ты, в прошлом есть и моя доля. И если уж совсем открыться, я ведь не ангел, тоже много врала. Не созналась, что это Я, а не Эдуард завораживал всех, – усмехаюсь с горечью, и Виктор обнимает.
Утыкаюсь в его шею и вдыхаю такой родной аромат, который помогает мне становиться сильнее. А еще только в его руках я чувствую себя защищенной.
– Твоя ложь была во спасение, как и моя! – шепчет, склоняясь к моему уху, и я усмехаюсь.
– Оба хороши. Я лгала, чтобы сберечь себя, ты – чтобы дать нам второй шанс. Знаешь, у двух людей с таким даром, как у нас, просто не могло быть иначе. Но ты все же сделал все правильно, а я столько дров наломала! Меня ведь не упекут в лабораторию под замок? – поднимаю испуганные глаза и вижу нежную улыбку.
– Мою жену никто не посадит под замок! А что касается дара и его применения, не вини себя, тебя просто заставили. Впредь я буду рядом, и тебе больше не придется ломать дрова. Будешь применять дар правильно и по своему желанию! К тому же если бы ты не соврала про Эдуарда, мы бы так и не встретились! Так что и эта твоя ложь была во благо.
Хорошее обещание, и мне хочется в это верить. Но…
– Я не твоя жена.
– А чья же еще? – посмеивается, продолжая с нежностью смотреть на меня. Даже непривычно так долго видеть его таким счастливым.
– Но я ничего не подписывала!
