Играть под нагрузками против первой сборной было невероятно тяжело. Буквально через пятнадцать минут ноги стали не то что ватными, с тем, чтобы подобрать нужное слово, возникли очень большие сложности.
Плюс еще и характер игры мало напоминал то, что обычно происходит в товарищеских матчах. Грубости, тем более намеренной, не было. Но вот жёсткость в действиях защиты чувствовалась.
Четверка защитников плюс действовавший в опорной зоне Сулаквелидзе играли против меня и Олега Протасова очень внимательно и цепко. Принимать решения мне приходилось в условиях постоянного дефицита времени.
Притом нельзя сказать, что против меня играли персонально. Нет, защита сборной была зонной. Вот только где бы я ни принял мяч, против меня всегда было как минимум двое игроков, а возможные адресаты для передач оказывались закрыты.
Само собой, что если бы против первой сборной была команда, прошедшая полноценные сборы и соответственно сыгранная, то вопрос как проходить оборону не стоял бы.
Игра через фланги, смена позиций, постоянное движение, подключения и атаки большими силами, вторым или даже третьим темпом. Вариантов на самом деле масса.
Да и индивидуальные действия тоже не стоило бы сбрасывать со счётов. Сильный дриблёр — это не вещь в себе, не игрок, который только и может, что взять мяч и потащить его.
Нет, против сильного дриблёра опасно оставлять одного игрока. Он его обыграет и получит свободу маневра. Так что нужно как минимум двое. А то и трое, учитывая подстраховку.
А так как если в одном месте прибыло, то в другом обязательно убудет. И раз на одного игрока бросают двоих-троих, то кто-то из партнеров дриблёра обязательно будет открыт.
Но в этом матче всё было немного по-другому, и атакующая линия второй сборной часто играла в отрыве от полузащиты. Так что мне, Протасову и Евтушенко приходилось в атаке действовать самим.
Хотя, если положить руку на сердце, то первые полчаса мы вообще мало владели мячом. В основном атаковала первая команда.
У которой проблем с сыгранностью и взаимопониманием не было. Литовченко, Тарханов, Блохин и, конечно, Гаврилов несколько раз провернули у ворот Виктора Чанова, родного брата вратаря моего «Торпедо», очень опасные атаки.
Именно последний и стал главным действующим лицом в первом тайме у первой сборной. На седьмой и семнадцатой минутах спартаковец дважды оказался на острие атаки своей команды.
Сначала Блохин бросил Тарханова в прорыв по правому флангу и капитан ЦСКА филигранной передачей нашёл Гаврилова на точке одиннадцатиметрового. Тот в касание отправил мяч в ворота.
А потом Литовченко и всё-тот же Блохин разыграли стеночку на третьего, в результате которой Гаврилов в гордом одиночестве вошёл в штрафную и пробил мимо Чанова. Комбинация получилась очень красивая, тут сказать нечего.
Хотя, как мне показалось, в эпизоде со вторым голом наша защита, а именно динамовец Силкин, могла сыграть и понадёжнее. Пас Литовченко на Блохина получился не очень аккуратным и киевлянин далековато его отпустил. Силкин мог в подкате выбить. Но не стал.
А вот когда я через три минуты получил мяч в центре поля, обыгрался с Протасовым и дриблингом прошёл двух игроков первой команды, Бубнов не сомневался ни секунды и выбил у меня мяч в подкате.
Попал он чисто в мяч, а я сумел его перепрыгнуть. Но сам факт очень показателен. В товарищеском матче защитник пошёл в рискованный подкат. Я таких эпизодов и не припомню больше.
Впрочем, кое-что в атаке получилось и у нас. На двадцать пятой минуте уже мы с Протасовым и Евтушенко разыграли неплохую комбинацию, в результате которой киевлянин отправил меня в забег по флангу.
Я на скорости запутал финтами Балтачу, потом прокинул мяч мимо пришедшего на помощь обороне Оганесяна и дошёл до лицевой.
Еще одним резким финтом ушёл от Бубнова, он еще и прихватил меня за футболку, но я вырвался, вошёл в штрафную и прострелил на Протасова.
Дасаев прыгнул за мячом и почти его достал, но в итоге моя передача всё-таки прошла, и нападающий Днепра в касание переправил мяч в ворота.
Гол получился не хуже, чем у первой сборной.
Жаль только, что эта атака была у нас по сути единственной.
Ну а во втором тайме мне, как поёт популярный нынче Высоцкий, резко стало не до фишек. Усталость стала сказываться еще сильнее.
В этом не было ничего удивительного, всё-таки Николаев последние дни основательно нагрузил молодёжную сборную. По его планам мы только непосредственно перед матчем с Грецией должны побежать как следует. И на фоне этих нагрузок я практически остановился в Лужниках.
Нет, в сидячую утку я не превратился. Даже с чугунными гирями на ногах и без какой-либо скорости я всё равно как минимум цепко держал мяч и не ошибался в передачах. Но скоростной дриблинг пропал, а обыгрыш на месте всё-таки далеко не так опасен и эффективен.
В итоге эту товарищескую игру я не доиграл. На сорок пятой минуте меня сменил Сергей Андреев из Ростовского СКА. Команда этого игрока выступала в первой лиге и претендовала на выход. Сам же Андреев был лучшим не только в СКА, но во всём турнире.
