После перевода Аньелли посмотрел на Стрельцова с явным уважением и что-то произнес. Переводчик передал:
— Я понимаю ваши чувства, господин Стрельцов. Но футбол — это не только эмоции, это еще и бизнес, и карьера. Сергеев заслуживает играть на самом высоком уровне.
— Он и так играет на высоком уровне, — парировал Стрельцов. — «Торпедо» выиграло Кубок обладателей кубков. Мы не какая-нибудь заштатная команда.
Гришин прервал этот обмен мнениями:
— Синьор Аньелли, наше предложение таково: совместное предприятие FIAT-ЗИЛ начинает работу немедленно. Трансфер Сергеева откладывается на пять лет, до 1990 года, но цена фиксируется сейчас — восемь миллионов фунтов. Это наше окончательное предложение.
Аньелли выслушал перевод, потер подбородок, размышляя. Затем он что-то спросил, и переводчик передал:
— А если я соглашусь подождать, могу ли я получить гарантии, что через пять лет трансфер состоится? Без новых условий и дополнительных требований?
— Да, — твердо ответил Грамов. — Мы подпишем юридически обязывающий контракт, с фиксированной датой и суммой трансфера.
Аньелли задал еще один вопрос, и переводчик перевел:
— А что насчет самого Сергеева? Он знает о моем предложении? Он хочет играть в «Ювентусе»?
В комнате повисла неловкая пауза.
— Мы еще не обсуждали этот вопрос с Ярославом, — признал Топорнин. — Но как дисциплинированный советский спортсмен, он примет любое решение, которое будет принято в интересах страны.
После перевода Аньелли слегка улыбнулся и произнес фразу, которую переводчик передал как:
— В таком случае, я хотел бы лично встретиться с ним и объяснить перспективы, которые ждут его в «Ювентусе».
— Это можно устроить, — согласился Грамов после короткого обмена взглядами с Гришиным. — Но решение уже принято на нашем уровне. Пять лет отсрочки — это условие, которое не подлежит обсуждению.
Аньелли долго молчал, выслушав перевод. Лицо его было сосредоточенным, между бровями пролегла глубокая складка. Наконец он поднял взгляд и произнес несколько коротких фраз, которые переводчик передал так:
— Пять лет — это очень долго. Но Сергеев стоит ожидания. Я согласен на ваши условия.
По лицам советских участников переговоров пробежала волна облегчения. Даже Гришин позволил себе легкую улыбку.
— В таком случае, — произнес Грамов, — мы можем приступить к оформлению документов. И по трансферу, и по совместному предприятию.
Сайкин, до этого напряженно наблюдавший за обменом репликами, заметно расслабился. Предложенное решение было идеальным с его точки зрения: завод получал доступ к новым технологиям немедленно, а футболиста отдавали лишь через пять лет.
— Синьор Аньелли, — обратился он к итальянцу. — Я думаю, это решение выгодно для обеих сторон. Через пять лет вы получите гораздо более опытного и зрелого игрока, но всё еще молодого и перспективного.
Переводчик перевел, и Аньелли кивнул, затем что-то добавил. Переводчик передал его слова:
— Надеюсь, что за эти пять лет он останется таким же феноменальным игроком и избежит травм. А наше сотрудничество в промышленной сфере будет таким же успешным, как и в спортивной.
Стрельцов, который весь разговор сидел с хмурым видом, наконец произнес:
— Пять лет — это хороший срок. И мы поможем Славе еще сильнее раскрыться. Когда он приедет в Турин, он будет готов к любым вызовам.
После перевода Аньелли посмотрел на Стрельцова с уважением и произнес короткую фразу, которую переводчик передал как:
— Я рассчитываю на это, господин Стрельцов. И надеюсь, что наши клубы смогут провести товарищеский матч в ближайшее время. Возможно, в рамках предсезонной подготовки.
— Это было бы интересно, — согласился Стрельцов, впервые за весь разговор проявив некоторый энтузиазм.
— Итак, — подвел итог Грамов, — мы договорились. Совместное предприятие FIAT-ЗИЛ начинает работу немедленно. Трансфер Сергеева состоится в 1990 году, после чемпионата мира. Цена фиксируется на уровне восьми миллионов фунтов.
— И еще один момент, — добавил Гришин. — До 1990 года никакой публичной информации о грядущем трансфере. Это конфиденциальная договоренность между нашими сторонами. Мы сами решим, когда и как сообщить об этом.
После перевода Аньелли задумался, затем что-то произнес, и переводчик передал:
— Я понимаю ваши соображения, но полностью скрыть информацию о таком соглашении будет сложно. Футбольный мир полон слухов.
— Мы не просим невозможного, — пояснил Гришин. — Просто никаких официальных заявлений и подтверждений от «Ювентуса» или лично от вас. Слухи пусть останутся слухами.
Аньелли выслушал перевод и кивнул:
— Согласен. Но я всё же хотел бы встретиться с Сергеевым лично, прежде чем покину Москву.
— Это будет организовано, — пообещал Топорнин, — и как можно скорее.
— … Конечно, синьор Аньелли, мне очень лестно ваше предложение. И я с вами согласен, что поиграть в одной команде с Мишелем Платини и Микаэлем Лаудрупом было бы великолепно. Правда, скорее всего, к моменту моего перехода к вам ни того, ни другого в команде уже не будет.
