Если до этого юниорская сборная Советского Союза как бы пребывала в каком-то расслабленном состоянии — мы как будто бы уподобились театральным артистам, которые еще не вышли на первый акт, — то вот после гола, наоборот, вышли и заиграли. Заиграли так, как должны, так, как умеем и так, как хотим.
Ответный гол из какой-то футбольной справедливости забил Колотовкин. Мне удался очередной идеальный сухой лист с углового, и Сергей вколотил мяч в ворота нигерийского вратаря Огу.
А на 45-й я со штрафного вывел нас вперёд. И этот удар у меня получился очень красивым. Можно сказать, что я исполнил что-то из репертуара знаменитого Роберто Карлоса. Очень похожим ударом бразилец в своё время удивил Бартеза и всю сборную Франции. Тоже издалека, тоже по какой-то удивительной траектории. Во время полёта мяч, казалось, должен был отправиться на трибуны, но потом передумал и воткнулся аккурат под штангу нигерийских ворот.
2:1 после 45 минут игры.
А во втором тайме Коля Савичев заставил меня потесниться на первой строчке бомбардиров советской сборной. Он во второй игре подряд оформил дубль. И его голы, как и в первом матче, стали следствиями моих передач.
4:1. Сборная Советского Союза гарантированно выиграла свою группу. И матч с канадцами никакого турнирного смысла уже не имел.
Но, несмотря на то что можно было и сыграть не в полную силу и не основным составом, Мосягин решил, что делать этого мы не будем. И игра с канадцами началась ровно в том же составе, что и предыдущая с нигерийцами.
Да, она прошла в куда более спокойном темпе. Мы никуда не торопились, нам особо ничего не надо было. Можно сказать, что результат — это не главное. И мы вышли показать красивую игру. Но самое красивое в футболе — это голы. Так что кленовым тоже досталось. Не так, как австралийцам. Но свой теннисный «сухарь» они получили. 6:0. Три в первом тайме, три во втором. И я снова лучший бомбардир не только сборной, но и всего турнира. Хет-трик в первом тайме мне этому поспособствовал.
В итоге 6 очков. И следующим соперником сборной Советского Союза стал всё ещё не очень дружественный нам Китай.
Ну а пока мы вчетвером развлекали белорусских зрителей выступлением на юниорском чемпионате мира, первенство Советского Союза шло своим чередом. И честь и хвала моим более старшим партнёрам. В отсутствие четверых игроков основного состава «Торпедо» неожиданно для всех не сбавило обороты. Скорее наоборот.
Выезд в Донецк окончился минимальной победой гостей. Единственный гол в самом начале матча забил Володя Кобзев. А всё оставшееся время мужики героически отбивались от оранжевых натисков. Отбивались, отбивались и отбились. 1:0. Победа «Торпедо» имени Кобзева и Сарычева. Валера сделал для неё очень многое.
25-го на «Динамо» Кобзев снова принес нам победу в матче против сине-белых. Газзаев открыл счёт, но набравший дикую форму Володя сделал дубль. 1:2 победа номинальных гостей, то есть нас.
И апогеем августа для Торпедо стала лужниковская игра с минским Динамо в которой на 87-й минуте мой приятель по сборной Алейников принёс нам победу. Серега срезал мяч в собственные ворота после подачи Заварова на всё-того же Кобзева. 1:0.
Вот так вот, без своих основных ударных сил, «Торпедо» набрало максимум — 6 из 6. И там, где все предсказывали, что мы можем сбавить темп и подпустить к себе киевское «Динамо», неожиданно произошло совсем другое. Мы, наоборот, увеличили отрыв до 9 очков.
И если бы сейчас в Советском Союзе были бы разрешены тотализаторы, то коэффициенты на общую победу в чемпионате были бы очень и очень низкие. 9 очков — это уже очень приличный отрыв. Можно сказать, что процентов на 75 нас не догонят.
Туман стекал по склонам ущелья, как молоко по стенкам кувшина. В предрассветной тишине слышалось только негромкое урчание дизелей на холостых оборотах.
Десять танков Т-62 заняли позиции еще в темноте, до первых проблесков зари. Теперь, когда солнце начинало подниматься над восточным гребнем, стальные силуэты боевых машин проступали из серой мглы, словно древние изваяния, выросшие из камня.
Капитан Сергеев стоял в открытом люке башни, локтями опираясь на броню. Его танк занимал господствующую высоту в восьмистах метрах от северного выхода из тоннеля Саланг — оттуда просматривалась вся долина, куда должна была спуститься ожидаемая колонна. Слева и справа, эшелонированно по высотам, располагались остальные машины роты. Каждый экипаж знал свой сектор ответственности, каждый наводчик уже пристрелял основные ориентиры.
В бинокль была видна вся система обороны. У самого тоннеля — блокпост с бетонными укреплениями, где несли службу мотострелки. Чуть выше по склону — позиции пехоты, пулемёты, миномёты. А дальше, по периметру — его танки. Классическая схема обороны ключевого объекта, отработанная до мелочей.
