– Ты же не думаешь, что наш король такой слабый? Поверь мне, я видел много раз, как его ранили, и казалось, что никто не смог бы оправиться после такого. Но он всегда доказывал обратное и с упрямством вставал и двигался дальше. Его так просто не сломить, тем более какой-то жалкой болезни. Не бойся, ты в безопасности. – Он протянул свою большую руку к лицу Йори, но, резко остановившись, убрал ее за спину. – Я позову своих ребят, они проводят тебя.
С этими словами он вышел из библиотеки. Неужели Джер все же мог быть таким теплым и мягким с ним? Посмотрев на Йори, я увидел, как из его глаз-блюдечек текли слезы, а он даже не замечал этого. И только через одно долгое мгновение, словно опомнившись, он изумленно провел пальцами по щекам.
– Мокро…
Он так удивился этому факту, что, казалось, забыл обо всем. Йори распахнул глаза еще шире и, шмыгнув носом, стал усердно стирать слезы, рискуя при этом разодрать себе всю кожу.
Я осторожно перехватил его запястья:
– Все хорошо, их больше нет. Никто этого не видел.
Йори шумно сглотнул и потом благодарно кивнул мне. Сейчас я увидел то, чего не должен был. Этот мальчик только что выглядел как напуганный маленький зверек, которого загнали в ловушку, и, чтобы не испытывать слишком сильной боли, он притворился, будто такая жизнь ему нравится. Я закусил щеку в надежде не выдать своих чувств и мысленно молил Джера поторопиться.
Боги сегодня услышали меня, и он достаточно быстро вернулся и приказал стражникам сопроводить Йори. Мы остались с ним одни.
– Его Величество… Это же похоже на отравление. Ты правда думаешь, что все будет нормально?
– Да, повторюсь, я много чего видел. И короля уже пытались убить – но он выжил, и иначе как чудом это не назовешь.
– Но как короля могли отравить здесь, во дворце?
Джеральд странно покосился на меня, но промолчал.
– Дай угадаю – это не то, чем кажется, и сказать ты мне не можешь.
– Верно.
– А значит, его не отравили, но это был все-таки яд. – Я задумался над этой идеей.
– Этан, я…
– Да знаю я, знаю, но дай хоть чем-то голову занять, иначе я могу впасть в такое же состояние, как Йори.
Джеральд дернулся при упоминании его имени.
– С ним тоже все будет нормально. Он мальчик умный и никому ничего не скажет. А его любимый король вскоре придет в себя.
В его голосе послышались нотки зависти, и, несмотря на весь ужас ситуации, мне захотелось треснуть Джера по голове. Он не понимал очевидной вещи, хотя сам о ней говорил не раз.
– Безопасность.
– Что? – Он непонимающе нахмурился.
– Джер, я не сомневаюсь, что Йори уважает нашего короля. Но, боюсь, сейчас он хочет лишь одного – быть в безопасности. А кто ему ее обеспечит, не так уж важно. Быть опять выкинутым – вот чего он боится на самом деле.
Да, то же самое мне сказал Бардоулф. Но только сейчас я в полной мере осознал, что скрывается за этими словами.
Когда я вернулся в свою комнату, за окном уже потемнело. Потребность заботы о ком-то ушла, и тревога навалилась на меня с новой силой, грозя перерасти в жуткую панику. От этого я начал чесаться как ненормальный. Джеральд, не выдержав, дернул мою руку.
– Кожу сдерешь же. Ты так переживаешь за короля или за то, что может случиться?
Я на мгновение задумался.
– Я совру, если скажу, что не боюсь смерти. При этом мог умереть здесь уже несколько раз. Но вот король – это совсем другое. Его не может не стать. Слишком многое зависит от Его Величества. Я знаю, народ не понимает того, что происходит за стенами дворца. Но, будучи тут, находясь так близко, я…
– Ты успокоишься, если узнаешь, что с ним все в порядке?
Я утвердительно кивнул.
– Пойдем, ходячее недоразумение.
– Куда? – Я не двинулся с места.
– К покоям короля. Сейчас там точно должен быть советник. Вот с ним и поговоришь.
– А разве мне можно?
– Под мою ответственность; надеюсь, обойдется. Тем более тебя признало Триединство. Думаю, ничего страшного не случится.
Советник недовольно покосился на Джеральда:
– Не помню, чтобы я отдавал приказ привести его сюда.
Джер равнодушно пожал плечами.
Алеистер перевел взгляд на меня и, видимо что-то решив, кивнул.
Я вошел в покои короля, и сразу в нос ударил противный запах. Свечи отбрасывали мрачные тени, придавая комнате зловещий вид.
Король лежал на огромной кровати. Алеистер сел на стул возле него и махнул рукой, приглашая подойти ближе. Я не совсем понимал, что здесь происходит, но приблизился, и тогда мне удалось рассмотреть лицо Бардоулфа. Оно было бледным, даже губы отдавали синевой, грудь тяжело поднималась, а воздух выходил толчками, лоб же покрывала испарина.
– Что произошло?
Алеистер закусил губу и как-то нервно дернулся, явно не зная, как поступить, что на него было совсем не похоже.
– Вижу, что это последствия от яда, но его не отравили, ведь так?
Я окончательно утвердился в своей догадке. Да и сама мысль об отравлении в стенах дворца казалась слишком абсурдной.
Советник наконец вздохнул, откинул волосы за спину и решительно выпрямился.
