Девочка попыталась ударить его – как и ожидалось, неудачно. Рука только хило мазнула по острой скуле гирифорца.
– Нет, знаешь! – Влахос влепил девчонке пощёчину. Та закричала, схватилась за щёку, заплакала. – Ты не можешь не знать! – тряс он её за плечи, оставляя синяки. – Не можешь не знать! Говори. Говори, убью, сучка!
– Нет, не знаю! Мне никогда не говорили, где Грот! О нём знают только мама, отец и легат! При чём тут я?!
Он внезапно отпустил её и выпрямился. Огромный, взъерошенный, потный. Колено в высоком сапоге упёрлось в кровать между двух синюшных ножек. Ясна замолчала, задрожала, прижала к себе одеяло, будто оно как-то могло помочь ей отбиться от мужчины.
Влахос ехидно хмыкнул, окидывая взглядом худенькое юное тельце в лёгкой ночной сорочке, на которое уже давно облизывались охраняющие его солдаты, особенно когда надирались по вечерам. Правая рука смело схватила принцессу под коленом. Нога напряглась, стала как деревянная.
