Кейл шел среди этих дротиков, вытянув указательные пальцы рук. Он крутил и извивался, больше походя на известного композитора, чем на воина. Но это созданное оружие изо льда было нарезано и искрошено на куски, пока только нежный вихрь падающего снега не достиг тела Кейла.
Он использует свои руки, но каждый из его пальцев так же опасен, как и его ножи, хотя дальность немного уменьшена,
— подумал Хуан Ли, наблюдая за быстрым продвижением Кейла. Прежде чем мужчина смог создать еще одну волну ледяных дротиков, Кейл уперся ногами и ускорился вперед.
Но еще больше, чем его пальцы
Все плечо Кейла повернулось внутрь, завершившись вращающимся ударом ладонью, который, казалось, легко коснулся груди мужчины. Рот мужчины скривился и двинулся; вероятно, он привычно выпустил проклятие. Кейл улыбнулся.
Небольшой гейзер крови брызнул из спины мужчины; он мгновенно побледнел и отступил на несколько шагов назад. Как только он восстановил равновесие, он беспомощно покачал головой и упал. Кровь продолжала хлестать из его спины.
Там была дыра толщиной примерно в два пальца от места, куда ударил Кейл. Еще более впечатляющим был тот факт, что Кейлу удалось нанести удар в такое место, которое не задело легкие мужчины или какие-либо другие органы.
Паоло был еще более ошеломляющим, бросаясь вперед и громко хохоча. Он двигался, как валун, катящийся вниз по холму. С точки зрения того, кто из двоих наиболее точно придерживался духа использования
Взяв оружие противника, Хуан Ли наклонился к Кейл. Паоло просто держал два длинных кинжала обратным хватом и яростно бросался вперед с размашистыми ударами.
Казалось, он не использовал длинные ножи, а скорее бросал удары, как бы случайно держа ножи в руках. Но каждый раз, когда он наносил удар, ножи в его руке оставляли глубокие шрамы на земле. Его обычно неостановимые удары, способные пробить сталь, теперь обзавелись когтями, способными разорвать человека пополам.
В то время как Кейл столкнулся с кем-то, кто склонялся к Навыкам Маны, противник Паоло был скорее скоростным бойцом. Он орудовал двумя топориками и, казалось, привык уклоняться между ударами противника. Паоло не позволил ему увернуться. Благодаря добавлению длинных ножей, его удары охватывали большую площадь.
Если бы он избегал ударов, ножи настолько глубоко врезались бы в кожаную броню человека, что кровь начала бы просачиваться наружу. Если бы он попытался встретить удары Паоло напрямую, его бы отбросило назад, и он опасно покачнулся бы на несколько секунд, пока Паоло продолжал смеяться и двигаться вперед. Сцена содрогнулась, когда Паоло начал набирать обороты.
Это был матч с очень малым напряжением.
Вскоре оба независимых человека из Зоны 7 были побеждены. Хуан Ли посмотрел на свои часы.
Двадцать три секунды.
— Это то, что они заслужили, — фыркнул Хуан Шоу. — Мы запретили им участвовать в этом турнире для их же блага. Возможно, это послужит им уроком.
Нет, вы запретили им участвовать, чтобы угрожать нашим Славным Лидерам нашим собственным международным положением Зоны , — спокойно подумал Хуан Ли. Вы хотели отрезать нос, чтобы наше лицо поняло, что оно бессильно, если не может контролировать обе свои руки
Но Хуан Ли не стал спорить со старшим. Для этого было еще слишком рано. И в его нынешнем состоянии
Хуан Ли улыбнулся, обнажив свои острые клыки, как плотоядное животное.
Глава 1442
С упрямым бычьим настроем, не желая останавливаться перед лицом задержек, Рендидли повел Орден Дуцис вперед, пробившись через еще два раунда турнира и достигнув финальных шестидесяти четырех команд. Эти, в понимании Рандидли, были настоящей элитой. Затем он объявил о двухдневном перерыве, чтобы Сад мог привести в порядок место проведения и укрепить саму арену для следующих сражений.
В последнем раунде произошло немало инцидентов, когда тщательно составленный Вольфрамом график приходилось отбрасывать, потому что арена была полностью разрушена в предыдущем бою. Специальный мрамор доставлялся из шахты Доннитон, чтобы построить поверхность, способную выдержать значительные удары, не разбиваясь. Будем надеяться, этого будет достаточно, чтобы все шло по графику до конца турнира.
Конечно, у Рендидли не было особого перерыва даже во время паузы в турнире. Большая часть этих двух дней была поглощена раздутым графиком встреч и плановых совещаний, на которых настаивала Татьяна, чтобы подготовить Харон к предстоящим правительственным изменениям. Так что Рендидли бегал между встречами с Гертрудой и Сэмом, обсуждая функции и цели (Ключевых Камней), а затем слушал, как Вольфрам тщательно объясняет прогнозируемые проблемы роста Харона в ближайшие два года, и все это время чувствовал, что ему следовало посвятить пару (Навыков) управлению.
Но, по правде говоря, это мог быть его последний шанс заняться подобными вопросами на какое-то время, поэтому он не стал тратить время на изучение чего-либо.