Рихтер резко жестикулировал, и эти случайные кружащиеся щупальца теперь обрушились на латунного Будду со сложенными руками. Хуан Шоу даже не моргнул; этого он и ждал. — Жизнь — это Страдание.
Белые символы вспыхнули на теле латунного Будды. Шоу не мог поддерживать эту технику активной очень долго, но в этот момент весь урон, который каждый из них получал, отражался обратно на другого. Но даже когда Навык активировался, морщинистое лицо Хуан Шоу исказилось от шока. — Ты !
Щупальца обрушились вниз, распыляя свою разъедающую и темную энергию дикими взмахами. Белые символы вспыхнули и передали этот урон обратно Рихтеру, чье лицо застыло в гримасе. Рихтер и Шоу долго смотрели друг другу в глаза, чувствуя агонию друг друга. Затем оба откинулись назад: Рихтер в своем кресле, а Хуан Шоу тяжело оперся на свою трость. Его пальцы были потными.
Атаки с обеих сторон прекратились, поскольку оба проявления несколько ослабли. В конце концов, обмен, скорее всего, был ничейным. Шоу еще раз внимательно посмотрел на Рихтера. — Ты ты позволил чему-то темному поселиться в твоих ногах, да. Такое существование поистине восхитительно, что ты выдержал эту боль.
— Через некоторое время боль — это просто боль, — Рихтер вытер кровь, сочившуюся между его губами. — Это просто тело сигнализирует об отклонении от нормы. Пока это отклонение ожидаемо, вы можете легко игнорировать этот сигнал.
— Опасный образ мышления. Разум — не хозяин тела, — упрекнул Хуан Шоу. Его Мана была мгновенно истощена использованием этого Навыка, но его образ быстро восстанавливался до своего прежнего состояния. Затем Шоу покачал головой. — В любом случае, ты проиграл. Мой партнер победил твоего и придет помочь мне добить тебя. Сдайся сейчас и избавь себя от унижения, увидев, как твой образ будет сокрушен.
Рихтер усмехнулся. — Мой партнер не был побежден она просто отдает больше своего тела за силу.
Образ возник позади него, и Шоу переступил с ноги на ногу и прищурился, глядя на эту новую угрозу. Хуан Ли стоял примерно в пяти метрах позади него, согнувшись и сжимая свой во дао обеими руками, как будто он все еще восстанавливался после удара, который получил ранее. Примерно в пятнадцати метрах от него Блэкхенд выпрямился и встал.
Иссушенная рука, испещренная черными венами, поднялась и сорвала остатки тяжелого плаща, скрывавшего его черты лица. Под ним ждала женщина средних лет, которая, казалось, одной ногой стояла в могиле. Ее кожа была серой и покрытой пигментными пятнами. Мешки под глазами были цвета трехдневного синяка. Толстые черные вены извивались, как черви, по всему ее телу. А глаза были совершенно черными.
— Теодора Грейман — в шоке произнес Хуан Шоу. Отстраненная от должности бывшая президент Зоны 1, которая когда-то считалась величайшим препятствием на пути к восхождению Зоны 7, теперь выглядела лишь тенью себя прежней.
Теодора подняла голову и, казалось, кричала каждой клеткой своего тела. Ее цвет лица становился все более бледным, и все же она каким-то образом не издала ни малейшего звука. Секунду спустя волна этой темной энергии вырвалась из нее, как будто она была просто трубопроводом к озеру едких сточных вод. В то время как образ Рихтера был лишь пропитан этой энергией до такой степени, что каждое движение капало ею, это был чистый источник.
Как только Шоу собрался переключиться, чтобы сразиться с новым врагом, осьминогообразный монстр Рихтера рванулся вперед и обрушил свои щупальца на его спину. Фыркнув, Хуан Шоу вернул свое внимание и обрушил еще одну Тысячу Ладоней. К его удивлению, дерзкая атака Рихтера довольно легко развалилась; казалось, что Жизнь — это Страдание нанесла больше урона, чем он предполагал изначально.
А это означало, что Хуан Шоу мог быстро одолеть Рихтера, если бы уделил ему все свое внимание, но новая атака сзади не дала бы ему такой возможности. Он с беспокойством взглянул на раненого Хуан Ли. — Внук?
— Мы это видим, дедушка, — медленно выпрямился Хуан Ли. Стена едкой энергии устремилась к его лицу, но он даже не посмотрел на нее. Он просто кивнул, как бы успокаивая себя, и поднял свой меч вверх. Металлическое лезвие сверкало в лучах полуденного солнца.
Кончик меча был направлен идеально вверх. Хуан Шоу счел эту форму обнадеживающей, но над этим ударом не висело ни одного образа. В глазах Хуан Шоу это был просто обычный меч.
Хуан Ли снова заговорил перед атакой. — Держу пари, ты тоже это видишь, если посмотришь. Тень Истинного Дракона Рассекающий Небеса Удар!
Лезвие упало.
На секунду звук ветра заглушил все остальное. Барабанные перепонки Хуан Шоу лопнули, и из его ушей потекла кровь. Он мог только смотреть широко раскрытыми глазами, как будто смотрел один из немых фильмов своей юности. Хуан Ли изящно взмахнул своим мечом вниз, и что-то начало шевелиться.
Глаза Хуан Шоу метнулись вверх, и он увидел это на кратчайшее мгновение; образ даже больше, чем стадион, смотрел на Теодору Грейман с презрением. Волна темной энергии устремилась вперед и была рассечена, не сумев оказать никакого сопротивления.