Когда они достигли другой стороны озера, Рендидли ненадолго остановился, потому что заметил изменение в выражении лица Клодетт. Если бы ему пришлось угадывать, это началось, когда он атаковал Вену Преисподней. Хотя раньше она была такой лучезарно-позитивной, теперь она смотрела на Рандидли, слегка нахмурив брови.
— Нет нет, ничего, господин Гончий-Призрак, — Клодетт покачала головой. Тень улыбки промелькнула на ее лице. — Но ваши подчиненные очень впечатляют; каждый из них ровня Нари. Мне интересно, какой силой обладает их начальник.
Рендидли ухмыльнулся, снова глядя вперед.
— Мне и самому интересно в последнее время ладно, отзови своего подчиненного. Пора двигаться дальше.
Они быстро преодолели оставшееся расстояние до дальней пространственной стены, и Рендидли прижал к ней руку. Стражи Врат Преисподней, казалось, поняли, что происходит, но Домен (Приливы Крови) Хелен набрал слишком большой импульс за последние несколько минут битвы. Ограничить раненых Стражей Врат Преисподней было довольно просто.
Когда Рендидли распространил свои чувства по всему окружающему многослойному пространству, он нахмурился. Поблизости было три куска пространства, в которые он мог переместиться, но, к сожалению, это была та часть области, которая не была хорошо описана на карте Клодетт; казалось, даже Морозная Матриарх не была уверена в том, как действовать на такой глубине.
Вероятно, ее чувства не смогли проникнуть намного глубже. Честно говоря, Рендидли был потрясен тем, что ему удалось собрать столько информации, сколько она .
Однако в Духовном пространстве Рендидли быстро расцвел растущий резонанс. Он почувствовал родственную ему энергию в одном из пространств перед ним. Рендидли медленно моргнул; секунду спустя он начал улыбаться, узнав источник. Он был достаточно близко, чтобы смутно ощутить положение своего следующего Кусочка Судьбы в следующем пространстве.
А это значит, что он нашел след Шал и Течетадора.
Глава 1626
Полагаясь на естественный мост между двумя изолированными пространствами, Рендидли затратил лишь малую часть своей ментальной энергии, чтобы прибыть в новое место назначения. По сравнению с его предыдущим кашляющим и жалким появлением в прошлом пространстве, это было бесконечно предпочтительнее. Но как только группа проскользнула между плотно сжатыми планами энергии, Рендидли понял, что, вступив в эту новую область, он, вероятно, вышел за пределы той области, где он мог безопасно скрыть свои истинные возможности.
Их встретила ударная волна, наполненная хаотичной смесью образов.
Если бы рот Рендидли был открыт, его первым приветствием в этой новой области был бы полный рот пыли и разрушенного камня. Как бы то ни было, он немедленно выпустил импульс образа Иггдрасиля, чтобы рассеять ударную волну, направляющуюся к ним. Колючие корни вырвались из земли и сплелись вместе, образовав физическую баррикаду для защиты от любых входящих атак. Фактические защитные возможности были низкими, но колючий вал, возникающий из ниоткуда, мог дать некоторую передышку стороне, ответственной за атаку.
Однако никто по-настоящему не нападал на группу; они просто ощущали края грандиозного поля боя. Даже когда взрывы непрерывно эхом отдавались в их местоположении, колючий вал не получил никаких фактических повреждений от образа Рандидли; предыдущий взрыв был действительно лишь совпадением. Обменявшись взглядом с Хелен, Рендидли подпрыгнул вверх и встал на край своего колючего вала, чтобы оглядеться. Позади него Клодетта хлопнула в ладоши и изящно создала замороженную лестницу, чтобы позволить остальным последовать за ней.
Здесь всего несколько сотен человек и все же
Рендидли нахмурил брови и взглянул на Кервина. — Тебе лучше оставаться здесь как можно дольше.
БДЫЩ! БДЫЩЩ! БДЫщщ!
Рендидли посмотрел в изолированное пространство и изучил самую хаотичную битву, которую он когда-либо видел с момента прибытия в Нексус. С точки зрения количества участников, нынешний конфликт не мог сравниться с линией фронта. Рядом с позицией Рендидли находилась большая группа из сотни человек, но остальные группы были ближе к двадцати или тридцати.
Однако с точки зрения масштаба, эти несколько сотен явно могли соперничать с линией фронта. Когда каждая из маленьких фигур наносила удары, огромные призрачные образы искажали небо. Огромная рогатая черепаха подняла голову и взревела, столкнувшись с орлом, окутанным малиновой молнией. Довольно безобидное серое облако изрыгало черные капли дождя, которые сталкивались со стрелой, окутанной зеленым огнем. Алебастровый титан с девяноста девятью руками обрушивал непрекращающиеся волны ударов ладонями на вращающийся золотой шар.
И это были лишь самые привлекательные из двадцати подобных битв, происходящих на этом пространственном острове.
Земля трескалась, небо попеременно темнело и светлело, воздух гудел от образов, которые боролись за господство в окружающем пространстве. Пламя, гром, лед, ветер и тьма сталкивались друг с другом и разлетались в сложных взаимодействиях.