Лучезарная полностью

Я не понимала, почему сходство с матерью так опасно. На самом деле, поглощенная приключением, я часто и вовсе забывала о желании Леди. Ее смертоносные слова расплывались в сознании, когда я увидела чудеса из книг и свитков. Город. Рынок. Гора. Озеро. Лес. Мир вокруг меня был огромным – каковы шансы, что я вообще встречу мальчика с портрета?

После первого магического перемещения меня вырвало прямо на сапоги Кэтлин. Солдаты предупредили нас, что лучше не пользоваться камнями переноса чаще одного раза в месяц, но Ву Ин настоял, что мы должны совершать по два прыжка в неделю.

После четвертого перемещения моя левая рука исчезла.

От ужаса я чуть не потеряла сознание, однако потерянная конечность, померцав немного, все-таки согласилась вернуться. В итоге Ву Ин сдался и согласился на повозку. Мы часами ехали по пыльной дороге, останавливаясь только на ночь в постоялых дворах. Я дышала над имбирным супом, чтобы меня перестало тошнить, а затем падала без сил на соломенный тюфяк, настолько уставшая, что даже не видела снов.

Сегодня тошнота от камней переноса наконец начала спадать. Когда меня вырвало в миску, я почувствовала себя намного лучше и с любопытством свесилась из окна повозки. Мы ехали на побережье Олуона, где в изобилии росли пальмы и апельсиновые деревья, дни были долгие и теплые, а ночи поцелованы дождем. Сердце билось быстрее при виде незнакомых пейзажей, проплывающих мимо: холмистых зелено-золотых равнин, усеянных озерами и пальмовыми рощами. Я жадно глотнула утренний воздух, почувствовав запах цитрусов и морской соли.

– Маленький демон! – зашипела Кэтлин, заметив, что я делаю. Она попыталась втащить меня обратно, схватив за шиворот. – Ради Ама, кто-нибудь может тебя увидеть, несносный ребенок! Не высовывайся!

– А вот и буду, – возразила я, смеясь, пока ветер трепал мои многочисленные косички. – Я больше никогда не отойду от окна!

– Ты не доживешь до другого окна, – пригрозила Кэтлин, сумев затащить меня внутрь повозки, – если будешь продолжать в таком духе. Ты – секрет. Тебя не должно существовать.

Я нахмурилась:

– Все потому, что мой отец – эру?

– Да будь он хоть самим дьяволом – это не имеет значения, – буркнула она. – Для императора гораздо большей угрозой всегда будет твоя мать.

Я попыталась настоять на том, чтобы она дала развернутый ответ, но Кэтлин отказывалась пояснять что-либо еще. Я разочарованно отодвинулась от нее и села поближе к Ву Ину.

Я пока не простила Искупителя за то, что он поцеловал руку Леди, но он, по крайней мере, не воспитывал меня. Вообще редко говорил, разве что иногда бормотал себе под нос нечто едкое или тихо ругался, когда вспыхивали его татуировки.

– Рисунки на коже делают тебе больно? – Я нахмурилась, глядя на охранника. – Почему карта не исчезла, когда ты вернулся из Разлома?

Ву Ин напрягся.

– Карта исчезнет, когда исчезнут кошмары, – сказал он кисло.

Я решила, что лучше его об этом не спрашивать. Но любопытство съедало меня изнутри: сколько лет было Ву Ину, когда родители отдали сына абику? На что похож Подземный мир?

Однажды на постоялом дворе я притворилась, что сплю, заметив, как Ву Ин смотрит в окно. Плечи юноши дрожали, и я вдруг поняла, что он плачет. Будто пытаясь сбежать от монстров, которых мог видеть только он, Ву Ин набросил на плечи плащ и выпрыгнул наружу.

А потом я различила над крышами темный силуэт: Ву Ин парил в лунном свете.

– Все сонгландцы умеют летать? – спросила я, толкая его плечом.

Он нахмурился, недовольный тем, что я узнала его секрет.

– Нет. Это мой Дар.

– Дар?

– Врожденная способность. Только люди с Даром могут служить Леди. Он есть у всех нас.

У всех нас. Мне стало интересно: а много ли у Леди друзей?

– У тебя тоже есть Дар? – спросила я Кэтлин.

Она кивнула:

– Я могу менять внешность любого человека. Включая и тебя, хотя, пожалуй, камни переноса уже с лихвой встряхнули твои внутренности. – Она задумчиво выглянула в окно. – Это довольно удобно, поскольку жители Мью с неодобрением относятся к изокенам. В Олуоне, по крайней мере, никому нет дела до моей внешности. Им все равно, пятнистая я или в полоску.

– Покажи! – взмолилась я.

И внезапно вместо Кэтлин, сидящей напротив меня, появился второй Ву Ин. Я подпрыгнула, испуганно вцепившись в руку первого Ву Ина. Но он теперь стал Кэтлин.

– Приветствую, Дочь Леди, – сказал иллюзорный Ву Ин, отбрасывая за плечо прямые черные волосы. – Это я, твой угрюмый принц-нянька. Сейчас я буду с мрачным видом размышлять о своем трагическом детстве.

Иллюзорная Кэтлин закатила глаза.

– Очень смешно.

Настоящая Кэтлин замерцала, вновь превратившись в саму себя, и вернула Ву Ину истинный облик.

– Принц? – пробормотала я, насупившись.

Учителя заставляли меня выучить имена всех живых членов королевских династий на континенте, но я никогда не слышала о принце Ву Ине. У королевы Хэ Сунь из Сонгланда была только одна наследница: принцесса Минь Цзя.

– Я не попал в официальные записи, – сказал Ву Ин без всякого выражения. – У нас стараются их избегать, если ты проклят.