– Ну хорошо, таковы ваши убеждения. Душа моя их, конечно, не принимает, и разум тоже…
– Это оттого, что вы обычный человек, – засмеялся арестант. – Такой, как все: правильный, скучный. Человек толпы.
– И все же зачем вам понадобились митени? – спросил сыщик.
Грилюк впервые смутился:
– Ну, в детстве, когда отца еще не выгнали со службы, к нам приезжали офицеры на охоту. И был среди них один. Перевелся из гвардии, такой, знаете? Все у него было не как у других. Изящное, дорогое.
– И замшевые перчатки?
– Да. Я был мальчишка, подражал ему, хотел походить. Завидовал его особости. Вот…
– Понятно. Но почему вы анархист, а не социалист-революционер, например?
Яшка Бешеный скривился:
– Эсеры за индивидуальный террор. Но пока еще он раскачает трудящиеся массы! Надо действовать жестоко и масштабно. Чем больше крови, тем лучше. Тем раньше произойдет падение вашего строя.
– А что придет ему на смену? – полюбопытствовал сыщик.
– Почитайте Кропоткина и узнаете.
– Объясните мне вы. Я хочу понять идею.
– Идею анархии? Где вам, человеку толпы! А вот народ, необразованный темный народ нас понимает. Потому что идея житья без власти – самая что ни на есть народная идея. Крестьяне ненавидят любую власть. Россия лучше других стран приспособлена для внедрения анархизма. Он живет в сознании каждого простого русского человека еще со времен Разина и Пугачева.
– Да, мы, русские, стоим особняком, – согласился коллежский советник. – Не знаю только, гордиться этим или стыдиться. На острове Цейлон есть огромный ботанический сад, самый большой в мире, кажется. В нем ежедневно бывают тысячи туристов. Пассажиры всех пароходов, делающих стоянку на острове, идут туда. Немцы, американцы, итальянцы, японцы – все. А надпись, что нельзя рвать цветы и ходить по траве, только одна. И она на русском языке.
В лице анархиста что-то дрогнуло:
– Вы были на Цейлоне?
– Да, наш пароход заходил туда по пути на Сахалин.
– У нас висела на стене картинка. В детстве, когда я был ребенок. А… как там? Это правда, что с моря видно пик Адама и он очень красивый?
– Правда, – ответил обескураженный сыщик. – Не всегда, лишь в хорошую погоду, но вид и в самом деле удивительный. И вообще остров как сказка. Зелень необычная, тропическая, яркая. Красные дорожки в джунглях…
– Красные? – удивился арестант. – Почему красные?
– Там такая почва.
– Там красная почва…
На тощем, помятом лице Грилюка проступила детская улыбка.
– Вы мечтали там побывать? – догадался коллежский советник.
– Ага. Теперь уж все…
Собеседники помолчали. Потом бывший студент попросил:
– Расскажите еще про Цейлон. Правда ли, что драгоценные камни, рубины с изумрудами, валяются там прямо под ногами?
– Ну что вы. Камней действительно много, по чистоте лучших в мире. Но они добываются высоко в горах, куда посторонним ходу нет.
– А что там за люди? Говорят, англичане их сильно угнетают?
– Не заметил. Британцев и правда большой гарнизон. Идешь по дорожке, вдруг часовой с ружьем: значит, рядом их батарея. Но аборигены вполне процветают. На тех же камушках, и вообще туристы с голоду помереть не дают. Коломбо белый и относительно чистый. Дома богачей очень необычной архитектуры. Жители Цейлона, сингалезцы, исповедуют буддизм, а тот запрещает убивать все живое. И когда из моря возвращаются рыбаки с уловом, особый священник прощает им грех убийства рыбы. Климат мягкий, влажный, темнеет быстро, и ночь такая, что хоть глаз выколи…
За этим разговором отношения двух мужчин незаметно наладились. И, улучив момент, Лыков задал свой вопрос:
– Скажите, не вы убили Филиппова? После всего, что случилось, в этом вам уже не страшно будет сознаться.
Грилюк удивился:
– Его разве убили? С чего вы взяли?
– То есть о его смерти вы знаете?
– Читал в газетах, – ответил анархист. – И не очень-то горевал! Одно время я действительно собирался его убить. Но раздумал.
– Чем вам не угодил ученый? – спросил Алексей Николаевич.
Собеседник фыркнул:
– Он не ученый, а такой же потенциальный убийца, что и я. Слышали, что изобретал Михаил Михайлович?
– Какое-то новое оружие огромной разрушительной силы. Но это, кажется, его заблуждение; ничего он не изобрел. Или вы думаете иначе?
Яша Бешеный пожал хилыми плечами:
– Не берусь оценивать, не моя область. Бомба не бомба, но сам доктор был убежден, что она работает.
– И за что же вы его чуть не приговорили?
– За то, что нес трудовому люду очередные разрушения. Видите ли, я по убеждениям анархист-пацифист. А Филиппов конструировал оружие, которое наивно предполагал оставить за царским правительством. Оно-де напугает враждебных соседей, и войны прекратятся. Вот болван!
– Погодите, – прервал Грилюка сыщик. – Вам, значит, можно убивать случайных людей, а ему нельзя? Чем же он хуже вас?
– У Филиппова идея была построена на неверном основании. Пусть он изобрел оружие, пусть. Но зачем же отдавать его царю?
– Разве Михаил Михайлович собирался действовать столь упрощенно? – возразил Лыков. – Вы читали его письмо в газету?
