Он зябко передёрнулся. Показалось на миг, что в углу комнаты колеблется гнилой серый туман, и сердце вновь дёрнулось к горлу, мигом прерывая дыхание.
— Я… Уже в порядке, — с трудом сдержав дрожь, соврал он. И тут же понял, как глупо и наивно прозвучали его слова.
— Порог смерти и страх за тех, кого ты любишь, не просто забыть мальчик. Бояться этого нормально, — эльф щёлкнул пальцами, и крохотный мягкий огонёк осветил комнату прогоняя тени. — Сны порой бывают помощниками, а порой — врагами. Но со временем проходит и этот страх. Всё будет хорошо. Хочешь рассказать?
Наэри невольно вздрогнул. Рассказать? О тянущихся к лицу склизких щупальцах тумана, о боли заживо вырываемого из груди сердца? О том, как неясные тени сплетались в обезображенные тела родителей, Карилли, Гайра? О пустых глазах племянников и капающей с их зубов крови?
Он испуганно замотал головой, чувствуя, как подкатывает к горлу тошнота.
— Нет… Нет!
— Ну и не надо, — легко согласился эльф. — С твоей семьёй всё будет хорошо, мальчик, мы вместе об этом позаботимся. А кошмары…
Он наклонился и прошептал мальчишке на ухо:
— Если постараться, их можно отправить тому, кто в них виноват. Придёт время, научу. А теперь, — он выпрямился, — засыпай, кошмаров сегодня больше не будет.
Вот уж что Наэри вернул бы с удовольствием! Некромантская сволочь уже под замком, но то, что он натворил, расхлёбывать вся Крепость — и в первую очередь их семья — будет ещё долго…
Он слабо улыбнулся:
— Я буду ждать.
И, не удержавшись, широко зевнул, не успев даже прикрыть рот ладонью. Почувствовал, что краснеет — и, под негромкий смех учителя, облегчённо улёгся обратно на подушку.
— Спокойной ночи, Эран…
А кошмары действительно в эту ночь больше не пришли. Лишь лёгкие, невесомые сны, не тревожащие душу и приносящие долгожданный отдых. В них была Башня — такая, как в детстве, пронизанная солнцем и знать не знающая о пролившейся здесь крови. Была сестра, ещё без седины в волосах, с отблеском шальной счастливой улыбки в глазах, и звенел вдалеке весёлый смех племянников…
Он сонно разлеплял веки, привычно прислушиваясь к далёкому бою колокола, отмечающего передачу власти от Зверя к Зверю — и каждый раз видел на фоне залитого лунным светом окна тонкую фигуру со струящимся золотом волос.
Однако когда коснувшийся его лица рассвет прогнал остатки дрёмы, комната была уже совершенно пуста. И Наэри так и не смог понять: было ли, привиделось ли?..
Тело переполняла сила и жажда действий. Впервые за долгое время сын Третьего Стража ощущал себя полностью отдохнувшим. И это чувство на миг буквально оглушило своей остротой и почти забытой лёгкостью в каждой мышце. Он привык спать вполглаза, прислушиваясь к любым шорохам, готовый и бегству, и к бою, зная: того, на ком светится видное любому, обладающему хотя бы крупицей магических способностей, клеймо «беспутного», любой может ударить. И наказания не будет.
Он легко соскочил с кровати, долго, с наслаждением потянулся. Теперь это в прошлом. Благие боги, трудно поверить… у него снова есть Путь!
Он улыбнулся, на миг зажмурившись от переполнявшей его искрящейся радости.
И тихо, искренне шепнул куда-то вверх, сам не зная, к кому обращаясь:
— Спасибо…
МЕРЫ ВРЕМЕНИ:
*
МЕРЫ ДЛИНЫ:
ВЕЖЛИВЫЕ ОБРАЩЕНИЯ:
